Он подошел ко мне, обнял за плечи, прижал к себе и положил подбородок мне на макушку. Мы постояли так немного, и он легонько поцеловал меня в висок.

– Пошли зайдем в дом. – Продолжая обнимать, он повел меня к лестнице.

Когда мы зашли в квартиру, я едва успела закрыть дверь и спросила его снова:

– Леджер, что случилось?

Он прислонился к столу и взял меня за руку. Притянул к себе, пригладил мне волосы.

– Утром они видели мою машину.

Если у меня еще оставалась капля надежды, она тут же испарилась.

– Это он тебя ударил?

Леджер кивнул, и мне пришлось отступить от него, потому что меня затошнило. Мне захотелось плакать. Как же сильно Патрик разозлился, если сумел кого-то ударить? То, что рассказывали о нем Леджер и Скотти, всегда говорило, что он не из тех, кто легко теряет самообладание. А это значит… они ненавидят меня. Так сильно, что при одной мысли обо мне рядом с Леджером всегда спокойный добрый человек настолько вышел из себя, что ударил его.

Я была права. Они заставили его выбирать.

Паника распространилась из центра груди по всему телу. Я глотнула воды и взяла на руки Иви, которая мяукала у меня под ногами. Я стала гладить ее, пытаясь успокоиться. Она единственная останется со мной, потому что вся эта история кончалась именно так, как я и предвидела. Никаких внезапных поворотов сюжета.

Я приехала сюда с единственной целью – попытаться установить отношения с Ландри и с моей дочерью. Но они очень ясно дали мне понять, что не хотят этого. Возможно, они просто не могли этого вынести.

Я опустила Иви на пол и скрестила руки на груди. Я даже не могла посмотреть на Леджера, задавая ему свой вопрос.

– Они просили тебя больше не видеться со мной?

Он выдохнул, и этот выдох сказал мне все, что я хотела знать. Я пыталась сдерживаться, но мне хотелось, чтобы он ушел. Или это мне надо уйти.

Из этой квартиры, этого города, этого штата. Мне надо оказаться как можно дальше от моей дочки, потому что, чем ближе к ней я нахожусь, не имея возможности ее видеть, тем сильнее искушение просто зайти к ним в дом и забрать ее. Я в таком отчаянии, что, если останусь тут еще на какое-то время, то могу натворить каких-нибудь глупостей.

– Мне нужны деньги.