— Нет! Нет-нет-нет, Ром, нет… — замотала я головой, испуганно пятясь, упираясь спиной в подоконник. Роман непонимающе замер. — Я не могу, Ром… Прости. Прости, я не могу!

Выскользнула из объятий, и к выходу. Роман следом.

— Слав, что? Что не так, Слав?

Пытался меня удержать, но я вырывала локоть, и, плотнее запахивая на груди пальто, едва ли не бежала куда-то вперёд, в дымку собственных слёз.

— Ну куда, ты? Давай довезу хотя бы! — крикнул уже вслед Роман. — Слав!

Всю дорогу до дома я то ревела, то успокаивалась, то начинала дико раскаиваться, что повела себя как дура, а то наоборот, ёжилась, пытаясь избавиться от ощущения чужих ладоней на животе.

Кто кроме Игната имеет право его касаться? Кто смеет говорить с малышом? Кто смеет говорить про нас МЫ и строить планы на НАШЕ будущее?!

Господи, как же я устала ждать, но как мне нужен именно ОН, и никто другой! И как это глупо, но из самого сердца — не просто простить его предательство, а словно бы так в него и не поверить! И вот, факты — одно, а в ушах другое — хриплым, словно на грани отчаяния шепотом: «Просто верь мне, Слав! Чтобы ни случилось — верь!»

Ноги сами понесли вдруг — бегом по усыпанному листьями тротуару и мелким лужицам. Вперёд и вперёд, пока дыхание не зашлось болью в груди, хоть ненадолго заглушая ту другую, непроходящую. Замерла, хватая ртом воздух… И закричала в небо:

— Ну где ты-ы-ы?! Где?

Испуганно шарахнулась женщина с полными пакетами, рассмеялись, неприкрыто пялясь, какие-то малолетки. Чуть замедлил шаг, словно сомневаясь не предложить ли помощь, мужчина в возрасте. Не предложил. Отведя взгляд, так и прошёл мимо. А я… Мне вдруг стало стыдно. Вспомнился ни за что обиженный Роман и мой малыш, которому конечно нужна будет полная семья, а в противовес этому — лишь долгие месяцы полной тишины, словно я никогда и не была знакома ни с Игнатом, ни с кем-либо ещё из Конторы.

Бжикнул сообщением телефон, глянула — от Романа. Помедлила… и не стала открывать. Лишь, оглядевшись, обнаружила, что забрела совсем в другой микрорайон, и пошла обратно. Домой.

Роман писал ещё. Я не читала, но, когда он начал звонить, всё же отправила сообщение, что у меня всё нормально, просто хочу побыть одна.

«Как долго?» — спросил он.

«Думаю, завтра всё будет хорошо» — ответила я.

Но на следующий день, когда он приехал и долго звонил в дверь, я сделала вид, что меня нет. Украдкой проследила как он вышел из подъезда — с цветами и плюшевой игрушкой, поднял голову, вглядываясь в мои окна. И вдруг решительно направился обратно к подъезду. Я замерла, чувствуя абсолютное нежелание вступать в контакт… Но Роман и не стал больше названивать. Просто вскоре вернулся к машине уже с пустыми руками.