— Я помогу, — вызвался Гордеев.

— Ой, вы простите, ради Бога, — всю дорогу извинялась она, — так стыдно! Он ведь вообще нормальный у меня и обычно почти не пьёт, потому что сильно контуженый был в Чечне. И, между прочим, у него даже орден мужества есть и куча медалей! Просто как приехали сюда, его прям замкнуло — пиндосы да пиндосы кругом, аж из номера выходить стыдно. Он ведь просто не любит этого всего, понимаете? Он больше на Дон, или, там, на Волгу с мужиками…

— А зачем тогда сюда приехали?

— Так дети путёвку подарили нам на тридцатилетие свадьбы! Говорят — вы сроду нигде не бывали, вот езжайте хоть людей посмотрите. — И заплакала вдруг: — А в жопу бы её, эту путёвку, когда он на дух это всё не переносит!

Обычные люди, потерявшиеся и растерявшиеся в чужом месте. Неискушённые, не умеющие по евро-этикету, но уж какие есть. И такой вдруг от них глубиной потянуло и простотой, что Гордеев не выдержал и, сваливая мужика на кровать, тиснул из его заднего кармана телефон.

— Прости, братан. Но если б ты знал зачем мне — сам бы отдал…

Стоял на мосту над какой-то речкой и боролся с собой. Алкоголя было выпито много, но не так уж, чтобы не понимать, что творит. А что творит-то? Один звонок, телефон не засвеченный, абонент на том конце тоже. Номер помнил так же крепко, как и раньше, так же, как и всю остальную нужную информацию — навсегда. Другое дело — возьмёт ли она?

Набрал. Послушал гудки. Когда они закончились, подождал немного и набрал снова. Если и теперь не возьмёт, то так тому и быть. Но и сил держаться больше просто не осталось…

— Алло? — ответил заспанный голос. — Алло, кто это?..

Глава 43.2

Глава 43.2

— Привет. Узнаёшь?

На том конце пауза… и удивлённое ругательство шёпотом. А перед глазами вдруг так ясно встало выражение её лица и то, как загнула бы, если бы не явно кто-то под боком, в присутствие кого оставалось только шипеть. И, судя по тому, что в трубке повисла пауза и сопение, Лариска действительно куда-то торопливо вышла. Сколько у них там сейчас, часов шесть утра?

— Охренеть, какие люди! — наконец подала она голос, и в нём… звучала обида. — Явился, не запылился!

— Я тоже рад тебя слышать. Помощь твоя нужна.

— Ну конечно! Ну кто бы сомневался! Как свалить в туман, так это ты сам, а как помощь, так это к Лари…

— Чш-ш! — перебил Гордеев. — Давай без имён. И без сцен. У меня всего пара минут.

— Где ты?

— Не важно. Входящий потом тоже удали сразу. Ну ты знаешь.

— Погоди, ты… Ты что, пьяный?