Но пока этого не происходило, и я каждый вечер запиралась в своей комнате, рыдая в подушку. Серьёзно, моё лицо покрылось красными пятнами, глаза стали красными, и под ними появились мешки. Я стала похожа на девочку из фильма ужасов. Я больше не была симпатичной, но это меня совсем не волновало, как не волновало и то, что Тони целую неделю не звонил мне. Он был занят, как и мой отец. Они нашли необъяснимую улику. Тщательно проверив следы, проведя кучу анализов, отправив мазок краски, которым был сделан знак «А», они ещё раз убедились в том, что это никто иной, как маньяк, решивший снова дать знать о себе. Но вот, что было странно: знака не было весь день, его не было ровно до тех пор, пока Кевин не зашёл в столовую своего дома. Неужели убийца отказывается от своих принципов и убивает, не предупредив заранее?

Полиция построила кучу догадок о том, что маньяк мог специально только лишь ранить Кевина, как когда-то Метьюза. Но порезы рядом с сердцем Кевина говорили лишь о том, что его действительно хотели убить. Чем ему не угодил обычный мальчик? Всё просто, решили люди, Кевин выступил на школьной конференции с речью об объединении жителей Тенебриса. Теперь в нашем городе нельзя даже заикаться об этом? Неужели теперь он отомстит всем, кто готов идти против него.

Я долго не могла понять, могу ли теперь я покинуть город или хотя бы не ходить в школу, раз убийца сам нарушил свой уговор. Я ничего не могла понять. Я долго боялась всего этого. Ночью мне снились кошмары, иногда я просыпалась посередине ночи с криками о том, что чувствую, как на меня смотрит маньяк, теперь я дрожала при виде буквы «А», я боялась всего, мне действительно было страшно, я и не замечала, как начинала сходить с ума.

В один из пасмурных дней, когда солнце нарочно скрылось за тучами, по улице разбежался серый туман, а ветер бушевал сильнее, чем обычно. В школе с Грейс мы строили свои догадки.

— То, что маньяк разозлился на Кева из-за его речи, это понятно, — сказала я. — Но тогда, он должен был лишь ранить его, поэтому Кевин выживет. Помнишь, как Метьюз разозлил его? Он ведь сделал так же, только ранил его, Юз ведь не умер.

Грейс только слушала меня, поедая свой банановый пудинг, который ненавидела с самого детства. Я не обратила внимания на то, как быстро она отказалась от детской привычки. Серьёзно, у нас не было желания обращать внимания на такие мелочи.

— Надеюсь, — прошептал она. — Он будет жить.

— Конечно, будет, — уверила её я.

— Белл, — она посмотрела на меня своим привычным взглядом, он говорил, что она намного мудрее меня, она знает всё, что будет наперёд. — Всё будет хорошо.