— Где она?! — кричит он на опешившего парня.

— Кто? — непонимающе хлопает он глазами. От парня несёт алкоголем, да и зрачки расширенные, выражают не о трезвом рассудке. Но Картеру плевать, он его сейчас порвёт на части, если не узнает, где его подруга.

— Я тебе сейчас врежу, честное слово!

— Тёрнер, что ли? — взбесившись пуще, Нэйтен прижал парня к стенке, и тот жмурится, стукнувшись затылком о бетонную кладь. — Не знаю я, — потянулся парень рукой к ушибленному месту. — В последний раз я видел, как её какой-то хмырь уводил в сторону туалетов.

В душе что-то оборвалось и жутко стало не хватать кислорода. Нэйтен тут же сорвался с места, выпустив ничего не понимающе знакомого, устремившись в сторону вывески со значками «М» и «Ж». Нет, Николь, ты не можешь. Всё это неправда. Она не могла с кем-то уединиться. Не могла! Это всё какой-то розыгрыш! Она же не такая. Она другая. Ей это не свойственно. Почему, Николь, почему?

Почему такая дрожь во всём его теле только от одной мысли о чём-то подобном? Вдох-выдох, но голова кругом. Он врывается в мужской, попеременно открывая кабинки, вышибая закрытые, пропуская возгласы возмущения потревоженных. Но её нет. Никаких подозрительных посторонних звуков. Почему-то стало страшно. Он терял внутри себя какую-то часть, хватаясь за несуществующее время вернуть всё назад. И страшно осознать «поздно». Нет, надежда ещё проблёскивает, и он рвётся в женскую часть. Но, открыв двери, замирает на месте.