— Как посмотрю, — Таня выпрямилась и села напротив лежащего партнёра. — Ты опустошаешь мои питьевые запасы. Похмелье настигло?

— Прекрати язвить, макаронина, — Кирилл перевернулся на бок, опираясь на локоть. — Я вообще-то хотел с тобой поговорить.

— А разве есть о чём?

Татьяна скрестила ноги и руки, занимая оборонительную позицию и сохраняя уходящее тепло.

— Совинькова Татьяна Константиновна, вы можете хотя бы раз в жизни послушать меня и сделать правильные выводы?

— А вы, Кирилл Вячеславович, может наконец-то начнёте признавать свои ошибки?

В их отношениях случалось огромное количество недомолвок и непонимания, однако сейчас — это была та черта, за которой не существовало будущего. И лишь решение этого незначительного конфликта могло привести к плодотворной работе, золотым медалям и званию чемпионов, чего так сильно желали партнёры.

— Давай на чистоту, — Трубецкой протянул руку к девушке, предлагая ей свою раскрытую ладонь. — Мы с тобой единое целое. Ну не можем мы существовать по раздельности, сколько бы не пытались. Сама посмотри, мы вечно спорим, ругаемся…

— Дерёмся, — влезла в его чувственную речь Сова.

— И это тоже, однако мы всегда миримся и продолжаем работать. Давай договоримся — больше никаких скандалов. Больше не будет споров и капризов, будет только профессиональная работа и поддержка. Я не отвернусь от тебя, чтобы ты не натворила, а ты поддержишь меня, чтобы не произошло. Если тебе что-то не нравится — говори, хочешь что-то изменить — говори, желаешь остаться одна — только скажи и я исчезну, но говори мне о своих желаниях. Буду признателен, если всё это будет происходить заранее, а не как в прошлый раз. Поверь мне, макаронина. Это последний раз.

— Кирилл, — девушка оторвала взгляд от созерцания собственных скрещенных ног, встретившись с разноцветными глазами. — Ты не устал? Не думаешь, что это я утяжеляю наш дуэт? И если бы ты катался с другой партнёршей, то всё бы уже было нормально? Вы бы были такими же как Марк и Алиса, понимали бы друг друга без слов и шли на уступки.

— Ты серьёзно думаешь, что у них всё так прекрасно в отношениях?

— Нет, но они никогда не перекладывают разногласия на работу. Такое ощущение, что они просто забывают об их существовании, делая упор на тренировочном процессе и достижении желаемого. А теперь скажи, неужто ты не хочешь такой работы?

— Нет, — Кирилл отрицательно покачал головой. — Мне не нужны сухие и наигранные эмоции, включающиеся по щелчку пальца. Я хочу, чтобы мы искренне радовались и горели, проживая каждый образ и каждый момент. Тань, мы не можем порознь, пойми же.