— Если я верно понимаю, то это Анастасия Фет? Новая звезда Академии?

— Ну до звезды ей ещё далековато, однако звёздной болезнью она периодически болеет.

— Что с ней? По слухам, которые до меня доходили, она прошлась по этапам Гран-при и собрала первые места, а после и вовсе прошла на чемпионат мира. Или теперь её уровень считается максимальным?

— А ты посчитай количество оборотов, которое она пытается скрутить.

И я посчитала, раскрыв рот от удивления. Девочка прыгала в четыре оборота, пытаясь перекрутить и дотянуть до отметки в пять оборотов.

— Да она расшибётся сейчас! — заявила я второму тренеру. — Это самоубийство.

— Это реальность, Лина. Сейчас в одиночном катании никого не удивишь прыжками в три оборота. Молоденькие девчонки, после того как Настя прыгнула свой первый четверной, тоже подхватили эту тенденцию и начали скакать их как ненормальные. Однако Фет пока лидирует — на континенте она исполнила три четверных, один из которых стоял в каскаде, пока эту планку никто не перепрыгнул. Ну и как ты понимаешь, программа там напичкана сложностями, включая и тройные Акселя во второй половине.

— Но сейчас она не похожа на человека, который, судя по вашим рассказам, сумел устроить революцию в фигурном катании, и из-за которого бы ISY пересмотрели регламент и разрешили женщинам прыгать в четыре оборота.

— Она ребёнок, Каролина. Ей только в мае исполнилось пятнадцать лет. Чего ты от неё хочешь? А вся эта ситуация с допингом и вовсе вывела её из строя. Взрослые дяди и тёти тыкали в девочку пальцами, пытаясь убедить в неправоте и мошенничестве. Мы не спали несколько ночей, пока шло судебное заседание. А после того злополучного интервью, где она обмолвилась о твоей персоне, и вовсе развалилась. Мы успокаивали её почти целую неделю, заставляя вновь выйти на лёд. Лия сделала огромный вклад в восстановление её эмоционального состояния, однако теперь она не льёт слёзы и не устраивает истерики, а просто разбивается об ледовое покрытие.

— Да прекрати ты это делать! Подними ногу и переведи плечи! Сдались мне твои пять оборотов! Прыгай нормально в четыре. Хотя, чего я тут расшибаюсь то, ты даже тройные выехать не можешь нормально уже, идиотина! — вновь завопила Ирина Владимировна. — Ты сейчас всё ещё хуже сделала! Смысл с тобой возиться и тренировать, если ты не в силах что-то исправить?

— Да не могу я! — резко ответила ей девочка, вытирая нос. — Я устала, я не могу нормально работать.

— Нет такого понятия «не могу», есть только понятие «не хочу». А раз не хочешь — проваливай!

— Никуда я не уйду! — она пробила пяткой лезвия верхний слой льда и вернулась к работе.