А что на счёт Зимнего бала? Это, как оказалось, стало отличным поводом получить хорошие оценки в счет участия в танце и прогулять уроки. Джеймс постоянно оттаптывал мне ноги, отвлекал поцелуями и не раз искушал просто уйти с репетиции. Всё же, танец был почти готов, до бала оставалось чуть больше недели, а до Рождества полмесяца.

Вы хоть раз задались вопросом, что произошло с Асей? Куда делся Сэм? Вот и я нет. Как бы подозрительно не казалось их отсутствие, я была настолько счастлива, что не думала о людях, отравляющих нам жизнь. И всё же, это было моей ошибкой. За которую пришлось платить слишком большую цену…Но об этом позже.

Первый снег уже срывался, опускаясь белыми хлопьями на серую сухую землю. Эбби с Джулией сидели в моей комнате, забравшись на кровать с ногами и пили горячий какао. Джеймс уехал с парнями за костюмами на бал, оставив нас в полной тишине и спокойствии. А такое случалось крайне редко.

С момента, как мы официально стали парой, — естественно, об этом я узнала совершенно случайно, — этот парень не отходит от меня ни на минуту. И это не от переизбытка чувств и нежности. Просто он так и не избавился от привычки периодически выводить меня из себя. А ещё, Джеймс, видимо, был мазохистом. Любил получать время от времени чем-то тяжелым по голове. Правда, за это, он не выпускал меня следующие несколько часов из кровати, щекоча и…а дальше, уверена, вы понимаете, чем он может занять это время.

И я была не против.

Казалось, с каждым днем, я влюблялась в него всё больше. Даже тогда, когда это казалось уже невозможным. Мне больше не хотелось убеждать себя в неправильности своих чувств и наших отношений, я просто следовала зову сердца. И оставалась летать в облаках, перематывая в голове каждый наш совместный момент. Правда, признаться честно, это удавалось крайне редко, потому что Джеймс каждую секунду выбрасывал что-то не поддавающееся логике.

С ним невозможно было соскучиться. С Джеймсом каждый мой день был праздником. Ну, или поводом записаться на приём к психотерапевту, потому что, порой, от его действий, у меня начинало дергать глаз. И все равно я так сильно любила его, что перестала видеть окружающий мир.

Кстати, эскизы мои не узнавала ни я, ни мама. Портфолио, которое я готовила годами, оказалось в самом дальнем ящике, и за несколько недель, я наработала новое. Мама говорит, во мне раскрылся собственный, индивидуальный и ни на что не похожий стиль. И, конечно же, родительница утверждает, что это любовь творит чудеса. А мой благоверный, услышав это, вознесся к небесам так высоко, что стукнулся головой об луну.