— Удивляет, да? — он облегченно выдохнул. — На самом деле все началось, когда в гостиной постелили паркет. Мать над ним тряслась — как бы не поцарапали. Потому, не взирая на протесты отца, заставила всех ходить в доме в тапках с мягкой подошвой. А однажды увидела вот это чудо, и мы поняли, что она влюбилась. У нас таких мягких ужасов полная гардеробная.

— Впечатляет, — выдала я.

— Я тебе обязательно покажу, — испугал меня Кирилл. — Готова?

Кивнула. Столовая оказалась светло — бежевой, просторной, но уютной. Много тепла, света и воздуха — словно ты и не в доме вовсе. Наверное, причина всему высокие потолки. Лидия уже практически закончила накрывать на стол, но я все же предложила свою помощь.

Женщина как будто удивилась, но кивнула. От меня не укрылся внимательный взгляд, которым она меня одарила.

— Принеси с кухни бокалы, пожалуйста.

— Мам, — в голосе Кирилла прозвучало негодование. — Какие бокалы? Я за рулем, отец не пьет.

— Кир, дорогой мой! Как я могла вырастить тебя таким эгоистом? А мы с Кирой кто для вас? Предмет мебели?

Я робко возразила, что не пью. Да — да, не пью. После посиделок с Настасьей.

— Похвально, — благосклонно улыбнулась Лидия. — Но совсем недавно мы привезли красное сухое из Испании, оно как раз подходит случаю. И ты просто обязана его попробовать, Кира! Это лучше, чем секс, — она довольно хихикнула.

Я на мгновение прикрыла глаза. Мне начинает нравиться Лидия Ивановна. Надо бы смущаться да не получается. Какое тут смущение, когда на ногах когтистые тапки, а мать начальника предлагает выпить?

— Мама! — ледяной голос Воронцова несколько отрезвил меня.

— Все — все, молчу, — пожала плечами Лидия. — Извини, сыночек, что обидела тебя. Кирюш, идем. Как ты его терпишь? Он такой сноб! Ладно я его мать, но ты — то!

Я кое — как сдержала смех. Бросила на Кирилла озорной взгляд и скрылась вместе с Лидией на кухне. Вернувшись же с бокалами, увидела за столом Романа Глебовича. Они же с Кириллом похожи, как две капли воды! Даже взгляд тот же — испытывающий, проникновенный. Но закаленная такой особенностью начальника, практически не среагировала. Кирилл, сидевший с ним рядом, тут же поднялся.

— Мой отец, Роман Глебович Воронцов, — представил отца Кирилл. — Кира Ржевская, моя девушка.

Прозвучало пусть и странно наивно, но… мне понравилось.

— Приятно познакомиться, — вежливо кивнула я.

Роман Глебович обвел взглядом мою фигуру, наткнулся на ужасающие тапки и хмыкнул.

— Рад, — скупо отозвался он. Кажется, знакомство состоялось. Только на душе не легче.

Поставила бокалы на стол, и Кирилл отодвинул мне стул, приглашая сесть. Села. Отец Кирилла молчит, смотрит на меня внимательно, но молчит. Как раз подошла Лидия с бутылкой вина, о которой говорила.