— Ты однажды позвонил ей с моего телефона, когда твой разрядился, — пояснила она; Макар даже не сразу сообразил, что речь идет о его матери. — Я на всякий случай сохранила номер… Вот он мне и пригодился.
Просто чудесно — «на всякий случай», ага, скептически усмехнулся про себя Макар.
— И зачем ты приехала? Я же писал тебе, что мы поговорим после моего возвращения из Светлоградска, — жестко сказал он.
— Макар! — глаза у нее сделались жалобными, губы обиженно задрожали. — Я просто не могла больше терпеть. Я вообще не понимаю, что происходит. Что с тобой случилось за эти дни? Ведь у нас все было так хорошо, и вдруг… Разве я заслужила подобное обращение? Где ты был? У кого, с кем?
— А моя мама тебе ничего не рассказывала? — не удержался он от подколки. — Раз уж вы с ней так спелись.
— Она сказала, что ты сам объяснишь… — Ева беспомощно сцепила пальцы рук в замок.
Макар устало вздохнул и опустился на диван, кивком показав Еве, чтобы и она присаживалась. Она робко устроилась рядом.
— Ну, раз уж ты здесь, нет смысла откладывать разговор до Москвы… — начал он, мучительно подбирая слова. — Ты, наверное, и сама догадалась. Все эти дни я был с другой девушкой. И сейчас я вернулся от нее.
Лицо Евы исказила болезненная гримаса.
— Это твоя та самая… первая любовь? — спросила она. — Я слышала что-то мельком… но, честно говоря, не вникала.
Макар молча кивнул.
— Ты специально приехал сюда ради нее?
— Нет, ну что ты, — абсолютно искренне ответил он. — Я не знал, что встречу ее. Правда. В любом случае… у наших с тобой отношений больше нет будущего, нам надо расстаться.
Ева вздрогнула, словно до последнего надеялась, что он не скажет этих страшных слов.
— Но… как же так? — залепетала она. — Я ведь строила планы… я надеялась… мне казалось…
Макар медленно покачал головой.
— Ты строила, а не я. Это
Ева всхлипнула:
— Но нельзя же так… с живым человеком!