Габриэль устраивается напротив за столом, вновь подпаливает сигарету и затягивается, барабаня пальцами.

— Ты бывала в Ирландии?

Отрываюсь от планшета и удивленно смотрю, как из его губ выплывают серые клубки, невольно любуясь.

— М-м-м, в Ирландии — нет, а ты?

Габриэль отрицательно качает головой, сбрасывает пепел и безразлично произносит:

— У моей мамы день рождения послезавтра.

— О… оу… ого… хм, — запинаюсь и откашливаюсь. Ну и новости. Значит, разговаривал он со своей матерью. Так и подмывает узнать подробности их воссоединения, но вместо этого, я беру планшет, внимательно изучая график группы. Перед выходом альбома есть несколько свободных дней, затем все забито и расписано чуть ли не по секундам. — Полетишь в Ирландию?

В ответ он снова качает головой и хмурится, отчего мое лицо изумленно вытягивается.

— Почему?

Парень барабанит пальцами по столешнице и кидает на меня равнодушный взгляд.

— Потому что у нас не такие близкие отношения.

— Если она приглашает тебя, значит, хочет их наладить, — откладываю планшет и слегка улыбаюсь, накрывая прохладную руку Габриэля своей. — Сделай и ты шаг навстречу.

— Мы чужие люди, Ливия, — в голосе сквозит разочарование и обида. Он опускает глаза и чуть тише добавляет: — Давно чужие. Не вижу смысла тратить на это время.

Ежусь от холодного тона, но стараюсь не подавать вида.

— Габриэль, — выдерживаю тяжелый взгляд потемневших нефритов, — ты очень человечный и понятливый, — говорю с расстановкой, не разрывая зрительный контакт. — Я это вижу, — «и люблю это в тебе». — Ты был рядом в самый тяжелый период моей жизни, — унимаю дрожь и вздыхаю. — Несмотря на твой… ветреный характер, я знаю, ты не откажешь в помощи и поддержишь, — делаю небольшую паузу, обдумывая следующие слова. — Я не знаю, кто моя настоящая мама, — сглатываю и чувствую жжение в глазах. — Как только я появилась на свет, она исчезла. Не хотела брать ответственность. Но я благодарна ей за то, что она не избавилась от… меня, — шепчу и чувствую, как Габриэль накрывает мою руку. — Твоя мама пытается исправить ошибки прошлого. Я не знаю, что случилось в вашей семье, но надо уметь прощать. Я не ищу оправданий ее поступкам и это не женская солидарность, просто… дай ей шанс. Можно долго хранить в сердце обиды, не идти на уступки из-за гордости, доказывать правоту и потом всю жизнь жалеть, что не сделал крохотный шажок. Будет уже поздно. Не давай своей гордости все разрушить, соверши еще один хороший поступок и пойди маме навстречу.

Замолкаю, глотая судорожно воздух, и смотрю на наши руки. Щеки, губы влажные и солоноватые от влаги — вот бы научиться контролировать слезный канал. Молчание затягивается, но я не жалею ни об одном сказанном слове — я была предельно искренна и честна. Габриэль что-то читает в телефоне и склоняет голову набок.