Любовные романыПризрачный райстр 336
Светлый фон
Сегодня я по неосторожности спустился на кухню попить молока, включил свет и встретил полный ненависти взгляд. Перед отцом стояла почти допитая бутылка виски, полупустой стакан и пепельница, доверху заполненная окурками. Серый горьковатый дым накрыл помещение, словно прозрачная завеса. Красные опухшие глаза с неприязнью впились в мое застывшее тело. Омерзительные мурашки и страх поползли по коже, пока я пребывал в ступоре.

Сколько же Сент Лавлес питал ко мне лютого отвращения, будто я надоедливое насекомое, которое он хочет размазать.

Сколько же Сент Лавлес питал ко мне лютого отвращения, будто я надоедливое насекомое, которое он хочет размазать.

— Ты… — прохрипел мужчина, и его лицо исказила гримаса враждебности. — Зачем ты вообще появился на свет? Чертово бесполезное отродье…

— Ты… — прохрипел мужчина, и его лицо исказила гримаса враждебности. — Зачем ты вообще появился на свет? Чертово бесполезное отродье…

Слезы непонимания и обиды готовы были политься в тот час, но я закусил губу и сжал кулаки, выдерживая тяжелый леденящий душу взгляд родителя. Если заплачу, он и мокрого места от меня не оставит. Отец при каждом удобном случае упрекает, что у меня девчачья внешность, слезы только подольют масла в огонь и ему напрочь крышу снесет. «Смазливый щенок», — выплевывает он, находясь в нетрезвом виде.

Слезы непонимания и обиды готовы были политься в тот час, но я закусил губу и сжал кулаки, выдерживая тяжелый леденящий душу взгляд родителя. Если заплачу, он и мокрого места от меня не оставит. Отец при каждом удобном случае упрекает, что у меня девчачья внешность, слезы только подольют масла в огонь и ему напрочь крышу снесет. «Смазливый щенок», — выплевывает он, находясь в нетрезвом виде.

— Ненавижу!!! — рядом с головой пролетела бутылка, и стекло со звоном посыпалось на пол.

— Ненавижу!!! — рядом с головой пролетела бутылка, и стекло со звоном посыпалось на пол.

Я рефлекторно дернулся и побежал по ступенькам в свою комнату, трясясь от страха.

Я рефлекторно дернулся и побежал по ступенькам в свою комнату, трясясь от страха.

— Убегаешь?! Маленькая бесхребетная мразь! Кем я тебя вырастил?! В тебе ни капли меня, весь в шлюху-мать! Гребаная шваль!

— Убегаешь?! Маленькая бесхребетная мразь! Кем я тебя вырастил?! В тебе ни капли меня, весь в шлюху-мать! Гребаная шваль!

Я споткнулся, и в тот же миг на шее сомкнулись жилистые руки. Я не виноват, что похож на нее! Я не виноват, что родился! Я не виноват, что мама ушла! Я не виноват! Изо рта вырывался хрип, глаза расширились от ужаса, что отец в порыве ярости меня задушит. Он в разы сильнее и крепче. Да, я маленький, бесполезный и никчемный… Я даже не нужен маме. Я не нужен отцу. Я никому не нужен. Легкие жгло от нехватки воздуха, а сознание постепенно затуманивалось. Почему он не любит меня?! Почему?! Что я такого сделал?! Что?!