***

Денис Хассан и забыл, сколько месяцев запрещал себе думать о Ренате. Отвлечься ему помогла тяжёлая, непредсказуемая, лишающая сна, жалости и робости работа, коей он посвящал всё своё время. Хладнокровные убийства. Кровь. Специальные поручения. Трупы, на которые и при всём желании уже невозможно глядеть с омерзением, только с лёгким сочувствием либо с удовлетворением — настолько он привык. Он едва ли помнил, зачем пошёл по этому пути. Но одна-единственная встреча, состоявшаяся утром двадцатого апреля, напомнила Денису, за что в действительности стоит бороться.

Упрямая сигарета ни в какую не зажигалась. Денис застрял на людном тротуаре, нервно мозоля большой палец о кресало. Впереди он увидел молодую девушку с лиловым рюкзаком за спиной, грузной походкой шагающую по тротуару. Без сомнения, это была Рената. Денис подбежал к ней, перегородил дорогу и с жаром схватил её за плечи. Та издала короткий испуганный вопль и уставилась на юношу в полном смятении. Лицо её было в слезах. Рената немедленно вытерла их рукавом куртки.

— Подожди, только не уходи, пожалуйста, — запыхавшись, пытался выговорить Денис, — я прошу, выслушай меня!

— Л-л-ладно, — недоуменно протянула Рената, сжав лямку рюкзака и оглядевшись по сторонам. Она едва ли была удивлена встрече, словно только и делала в жизни, что ждала его одного. Она смотрела на него слишком уж спокойно, и Денис догадался, почему. Рената и так видела его лицо повсюду. Она не старалась глушить ни воспоминания прошлого, ни с особым трепетом собранные из осколков далёких, полузабытых отношений образы их совместного будущего. Его имя стало для неё тенью, что до сих пор волочилась за нею, напоминая об утрате, но волочилась праздно и нехотя, как Ренате хотелось воображать, потому что любой намёк на страстность и горячность Дениса заставлял её страдать. Ренате Кравченко пришлось перекроить в своих воспоминаниях образ юноши, представляя его исключительно как безвольного, бесхарактерного и бессовестного мальчишку, поведению и поступкам которого не было оправдания. Так что, когда Хассан остановил девушку на улице и дал понять, что перед ней никакой не призрак и не тень, а настоящий мужчина, который раскаялся и сожалеет наяву, а не в Ренатиных фантазиях, на тот момент ей было уже всё равно — главное, что раскаяние бессовестного мальчишки наконец состоялось.

— Ты меня ненавидишь? — внезапно спросил Денис.

— Вовсе нет, — удивилась девушка.

Денис ненадолго задумался.

— Это хорошо, — заключил он. — Если честно, я не знаю, что ещё сказать, но дать тебе уйти я точно не могу.