Сразу после отправки сообщения выключаю телефон и засекаю время. Включу его через пару часов, и, если борзая шкура к тому времени не завалит меня сообщениями и звонками, значит, это будет первый в моей жизни случай, когда я так сильно ошибся в женщине.
Я отпускаю водителя и сам заношу наши с Никой сумки.
Моя маленькая девочка опасливо переступает порог и озирается с видом кошки, которая подозревает присутствие злой псины на своей территории. Зря. У меня есть железное правило - я не вожу шлюх в свою семейную квартиру. Именно поэтому и купил жилье с нуля прежде, чем жениться на Нике.
— Все хорошо, она не кусается, - говорю, когда Ника снимает обувь и опасливо одергивает руку от дверцы шкафа.
Помогаю ей снять пальто и провожаю в гостиную.
К ее приезду по моему распоряжению привезли много цветов и конфет, и даже раздобыли целый ящик безалкогольного розового шампанского. Одна бутылка уже охлаждается в ведерке на кофейном столе, и я сам разливаю его по бокалам. Терпеть не могу этот непонятный суррогат, но чего не сделаешь ради ее хорошего настроения.
— Это тебе, - протягиваю коробку с бантиком.
Ника снова пугливо не спешит принимать подарок, так что приходится настойчиво ткнуть коробку ей в руки. Когда достает телефон, проверяет, что он действительно включен, вопросительно смотрит на меня.
— В чем подвох? - Ника не спешит набирать какой-нибудь номер, хотя в моем воображении именно так и должна была поступить.
Откуда у нее эта удивительная способность все портить?!
Проглатываю раздражение, мысленно напомним, что сегодня у меня будет встреча с еще одной продажной бабой, и на ней я с удовольствием оторвусь. Нике скоро выходить на сцену - нельзя, чтобы на ее теле была хотя бы одна лишняя царапина.
— Никакого подвоха. - Допиваю шампанское и, не скрывая отвращения, ставлю бокал обратно на столик. - Ты выполняешь свои обещания, а я - свои.
Ника с благодарностью целует меня в щеку, и я чувствую поднимающееся внизу живота возбуждение. Блядь, сколько времени прошло, но меня ни капли не отпустило. Я все ждал, когда же начну уставать от нее, когда мое встающее только на нее либидо начнет исцеляться и наступит пресыщение. Но ничего не помогает - ни другие женщины, ни загулы, ни оргии (от них осталось только мерзкое послевкусие валяния в грязи), ни другие «вредные привычки», от некоторых из которых я избавляюсь до сих пор.