Так и подмывает напомнить, что после того, как мы на десять дней летали в Тай, она месяц мне плешь грызла тем, что у всех подружек Леры новые автомобили, намекая на то, что я прохлаждаюсь и хреново зарабатываю. Только, в отличие от «новеньких» старых драндулетов девяностых годов выпуска, Валерия ездит на действительно новом «мерине», который сошел с конвейера только в прошлом году.

— А давайте я лучше вас куда-нибудь отправлю? - предлагаю в ответ на упрек - и челюсть тещи с грохотом падает на стол. Фигурально, конечно, но я почти слышу этот ласкающий уши звук. - Куда-нибудь на солнышко, погреть ревматизм.

— Кстати, мам, - подхватывает мою идею жена. - Ты же давно хотела на курорт.

К слову, ездила в прошлом году, и все ее тридцать три удовольствия оплачивал тоже я.

Пока Анна Сергеевна охотно переключается на обсуждение места ее следующего отдыха, мы с тестем болтаем о своем, о мужском. Меня это всегда немного расслабляет, в особенности, когда он заводит разговоры о рыбалке и начинает хвастаться, как все любители этого дела. Я до сих пор не понимаю, как людям не скучно часами сидеть у черта на рогах и таращиться на поплавок, но он так чертовски интересно об этом рассказывает, что даже на какое-то время выпадаю из всех своих проблем.

Вечером, когда родители Леры уезжают, и мы вместе убираем со стола, образ Венеры снова торчит передо мной буквально в каждом углу квартиры. Сначала она просто сидит за столом (хотя это новый стол, купленный полгода назад), потом снова карабкается наверх, пытаясь достать что-то из ящика, хотя это, блядь, совсем другие ящики - и образ моей реальной жены проходит сквозь них как через туман.

— Все хорошо? - Лера возникает передо мной как раз в ту минуту, когда я взглядом провожаю «Планетку» в коридор, откуда она соблазнительно мне улыбается.

Трясу головой, запрещая себе даже думать о том, чтобы пойти за ней. Черт с ним, что это всего лишь бесплотный призрак - хотя бы на минуту, хотя бы только в моем воспаленном воображении, но она снова будет рядом. Живая, а не та Снежная королева, которая сегодня чуть не заморозила меня до самого основания.

— Просто немного устал, - говорю я, снова чувствуя угрызения совести за то, что второй раз за сегодня вру жене. Каким бы ни был статус нашего брака и какие бы правила не лежали в его основании, я обещал, что буду честен с ней всегда. Хотя, строго говоря, никогда не обещал хранить верность.

— Прости. - Она опускает голову и начинает теребить кружева на домашнем пеньюаре. - Мама бывает просто невыносимой. Я, честное слово, пыталась с ней поговорить, но ты же ее знаешь - она каждый раз обещает, что не будет лезть в нашу жизнь, и все время забывает.