— Да катись ты к черту!

Выбегаю в темный коридор и хватаю сумку. Ладонь горит и дрожит, зубы стучат, а сердце клокочет. Нифига! Я не сдамся! Сдавлено рычу и возвращаюсь в гостиную, отвожу руку назад и швыряю сумку. Она летит через комнату, ударяется о плотные шторы и с грохотом падает на пол. Дарий медленно оборачивается, его грудь вздымается. Плевать, мне не страшно!

— Никуда я не пойду, пока ты все не объяснишь! — Мой голос в плену истерики, тело в цепях безумия.

— Что еще тебе объяснить, Катя?! Что?! — люто кричит Дарий, надвигаясь на меня бушующим ураганом. — Что мы похожи?! Что меня, как и тебя, недолюбили в детстве?! Навязали кучу комплексов?! Залечили и завоспитывали до такой степени, что я едва разобрался, кто такой и чего хочу?!

— А ты разобрался? — сквозь сбитое дыхание спрашиваю я.

— Думал, что да, но ты… со своими… да как ты вообще... — Он болезненно морщится. — Я не знаю, что еще сказать! Не знаю, что сделать! Ты бесишь меня сейчас так сильно, что…

— Погоди… — пораженно произношу я. — Так вот, в чем дело. Ты увидел во мне себя? Решил помочь? 

Губы дрожат, заливистый хохот дерет горло. Обхватываю себя поперек живота и продолжаю говорить сквозь истерический смех:

— Сам решил меня вылечить! Какой молодец! Вот это да!

— Что ты несешь?! Я хоть один раз пытался заставить тебя что-то сделать, давал советы или указания? Пытался исправить тебя, подмечал ошибки? Этим всем занимаешься ты! Ты…

— Заткнись! Не хочу тебя слушать! Я же… — На мгновение закрываю ладонями лицо и резко убираю руки, глядя на Дария, которого уже заметно трясет. — Я уже влюбилась в тебя, долбаный ты старикан! И что ты теперь будешь с этим делать?! Чего ты хочешь?!

— Да того же, чего и ты, книжная истеричка! 

Глаза пекут от слез, часто моргаю, блуждая по затянутому красным туманом разуму. 

— Я хочу, чтобы меня любили, — произношу сквозь сдавленный всхлип. — Просто так. Просто потому что я — это… я.

Дарий убивает жалкие сантиметры, оставшиеся между нами, и запускает пальцы в мои волосы, сжимая их в кулак на затылке. Обхватываю шею Дария и в отместку вдавливаю ногти в его кожу. Три. Два. Один.

— Вот и ответ, — шепчет Дарий и прижимается к моим губам.

Яростный поцелуй разрывает в клочья реальность. Уже непонятно, кто это начал и кто больше виноват, да это и неважно. Все сходится, теперь уже точно. Мы хотим одного и того же, а получить это просто. Так просто, что даже смешно. Влажные беспорядочные поцелуи, выплеск эмоций, страсть, объятая пламенем. Дарий подхватывает меня и относит к стойке посреди комнаты, усаживает поверх и со звериным голодом набрасывается на губы. Руки хаотично носятся по телу, словно в поисках доказательства, что все происходит не во сне. Сжимают, ласкают, дразнят. Дергаю толстовку Дария, потому что она кажется невыносимо лишней, он отступает назад и стягивает ее через голову вместе с футболкой. Вытягиваю ногу и закидываю ее на бердо Дария, сгибаю и упираюсь пяткой в крепкую ягодицу. Дарий сверкает взглядом и опрокидывает меня на стол, придерживая за шею.