— Да. — Он провел ладонью по влажному лицу. — Последнее задание, которым я руководил, окончилось плохо. Я хотел уволиться, но босс убедил меня взять отпуск и подумать. Я... у меня были проблемы, много лет, если честно. ПТСР, как у Натали. Забавно, а?

— Нет. — Тишину нарушало лишь журчание ручья у подножия холма. — Чего ты хочешь, Джеффри? — спросил отец. — Еще важнее: как ты думаешь, чего Бог хочет для тебя?

Джеффри сквозь пелену слез смотрел на мамино надгробие:

— Я хочу быть счастливым. И думаю... может быть, я обрету счастье здесь.

— Хорошо, — кивнул отец. — Никогда не поздно начать заново.

Джеффри изумленно посмотрел ему в глаза:

— Ты примешь меня? Позволишь вернуться и работать с тобой?

— Конечно. Но, может быть, тебе надо спрашивать не только меня.

Многозначительный взгляд отца вызвал у него улыбку.

— Если ты не заметил, Сара со мной не разговаривает.

— На Сару многое навалилось. Думаю, ты поймешь, что нужен ей больше, чем она готова признать.

— Думаешь, она меня простит?

Ему нужно в это верить. Нужно верить, что вторые шансы возможны.

— Подозреваю, что уже простила. — Они еще немного постояли, и отец, улыбнувшись, стиснул его плечо. — Теперь, когда ты знаешь, чего хочешь, сын, пришло время взять это.

* * *

В тот день после обеда Джеффри нашел Сару в кухне.

— Я думал, ты не работаешь по пятницам.

Она посмотрела на него:

— Не работаю. Но мне пришлось взять пару отгулов, когда Джени болела, так что я отрабатываю.

— Помочь?