— Ты его выгнала?
— Это был ужасный период моей жизни, Таннер. С тех пор я постоянно сожалела о своих действиях. Правда в том, что я отвернулась от собственной дочери. И мужа.
Таннер покачал головой, глаза защипало от слез.
— Поэтому ты разрешила ей вернуться жить с нами? Чтобы искупить?
— Отчасти. Я не заслуживала второго шанса с ней, но получила его. Я всегда буду благодарна за те несколько лет, что мы прожили с Марни, какими бы беспокойными они ни были. — Она слабо улыбнулась. — Таннер, твой папа не бросал тебя. Он хотел тебя защитить.
Таннер покачал головой:
— Какая теперь разница? У нас нет отношений.
Он сам об этом позаботился.
— Но они должны быть. — Она стиснула его руку. — Нравится тебе это или нет, Таннер, дети окажутся в Сиэтле. Если хочешь видеться с ними, тебе придется проводить время со своим отцом и Рэнсом.
Мама встала и отступила.
— Отец с Рэнсом улетают в субботу. Мы с Брайаном воспользовались шансом проработать проблемы и закрыли гештальт. Он надеялся сделать то же самое с тобой. Но ты продолжаешь его отталкивать. Солнце, я прошу тебя... дай ему шанс. Прости его. Прости нас обоих и двигайся дальше.
Таннер уставился на нее, испытывая старую горечь.
— Он прекрасно живет без меня. Какой смысл?
Мама подалась вперед, убрала его волосы и поцеловала в лоб, как делала, когда он был ребенком.
— Смысл, любимый, в том, что он все еще твой отец. И он любит тебя.
Был уже вечер, когда Таннер въехал на стоянку гостиницы. Просторное розовое здание всегда привлекало внимание. Там был отличный ресторан, и Таннер хотел пригласить туда Натали. Может быть, когда все закончится, он так и сделает.
Он запер машину и побрел ко входу. В большом фойе во внушительном каменном камине горел огонь. Некоторые гости в белых махровых халатах шли в спа. Другие отдыхали на удобных диванах. Место выглядело, как кадры из «Жизни богатых и знаменитых». Таннер чувствовал себя не в своей тарелке.
Натали не была бы. Он закатил глаза. Может он не думать о ней хоть пять секунд?
— Таннер?
Он повернулся на голос и сразу понял, что не готов.