- Правда! – вздохнула Зара. – Только он на телефоне, а я звонилку в номере оставила. В другой раз используем.

- Ты же сказала, что этих… - Женька во все глаза посмотрела на Зару. – Сфотографировала и отцу отправила?

- По барабану! Ты сняла, хватит. Наши, случись чего, разбирались бы конкретно. И на тебя бы вышли.

- А если бы я тоже не успела убежать?

- Тогда рабам, считай, в первый раз подфартило бы! – широко улыбнулась Зара. – Но, как видишь, опять вышел облом. Рабы и есть рабы - ссыкливые они против старшего рода тявкать.

- В полицию заявлять будем? – обернулся к девушкам Ромка. Алена висела на парнях безвольной куклой, еле-еле перебирая ногами.

Друзья уже миновали кусты жасмина и свернули на лестницу. Пернатая певунья выпорхнула из ветвей сливы и исчезла за дощатым сараем.

- Толку нет! – мотнула головой Зара. – Откупятся. Лучше по-нашему, по старинке. Но жаль мне этих, хоть и рабы. Мы – русские бабы – ваще жалостливые.

- Ты - русская? – изумилась Женька, невольно выделяя восточные черты ее внешности.

- Конечно, русская. По маме. И воспитывала меня русская бабушка – Алевтина Сергеевна. Меня к ней еще в детстве перевезли. А после и родители в Москву перебрались. Лучше скажи, где ты этих невменяшек взяла?

Женька кратко пересказала историю их с Аленой похода на танцы. Раздолбанные ступеньки крошились под ногой, и спускаться по ним в потемках был тот еще квест. Особенно без Ромкиного надежного плеча и поддержки! Но Ромка держал всхлипывающую и икающую Алену, поэтому приходилось справляться самой.

- Это надо уметь! – хохотнула Зара. Она ловко ставила ноги в серебристых босоножках как раз в центр ступеньки и даже ни разу не споткнулась: – Вместо реальной дискотеки припереться на вечеринку обслуги! Еще и к иностранцам – нелегалам. Ладно, эта курица…

Она недвусмысленно кивнула на Алену:

- Но ты-то вроде нормальная. О чем думала?

«Не о чем, а о ком!» - вздохнула про себя Женька. И Ромка, словно услышав ее мысли, оглянулся.

- Женщины там русские были! – вслух произнесла она. – Возрастные, правда.

- Верно, - согласилась Зара. – На официальную работу – горничных там или кастелянш – берут с гражданством. А грузчики и подсобники – всякий сброд. Русский мужик на те бабки, что им платят, не пойдет. А пойдет – значит, пьянь. И налоги с нелегалов никто не платит. Экономия.

«Нужно было на танцах за помощью к женщинам обращаться, а не к мужчинам! – запоздало поняла Женька. – Но кто же знал».

- А ты, молодец, боевая, - одобрительно улыбнулась Зара. – Работу не ищешь? Могу к себе в ИП вторым продавцом взять. На базаре все по старинке: кто успел, тот и съел, а кто сильнее, тот и прав. Пойдешь?