— Мать твою! — рявкает он. — Очнись! Совсем поплыл из-за юбки!

— Я повторяю, послезавтра не могу.

— Камиль, это не званый ужин, который можно пропустить. Это судебное заседание, а ты обвиняемый!

— Моя защита — твоя забота. Скажи лучше, как там ситуевины с Глебом и Фарой?

— Не лучше, — ворчит он. — Но мои ребята пробили, в каком отеле торчит Фарик. Черт с тобой, рискну, притащу его тушку тебе. Надеюсь, ты слово сдержишь. Если на нем хоть одна царапина будет, Шаман мою виллу с землей сравняет, а всех нас похоронит под ее обломками.

— Отправь сюда Азиза. Я приеду минут через сорок. Пусть Фарика припудрят к моему приезду.

— М-да… Камиль, я тебя предупреждал, что эта твоя Асенька до добра не доведет. Просил же избавиться от нее.

— Еще раз попросишь — просилку оторву. Выбирай слова, когда говоришь о моей женщине.

Слышу, как он цокает языком, звучно выдыхает и натянуто процеживает:

— Приезжай.

Странно, но после всего пережитого я больше не напрягаюсь из-за будущего. Верю, что справлюсь. И эту веру во мне моя девочка зародила.

Варю ей кофе, принимаю душ, кормлю Маркизу, одеваюсь и, пока жду Азиза, просто стою в дверном проеме комнаты, любуюсь спящей медсестричкой. Никто не смеет причинять ей боль. Никто не смеет ей угрожать, запугивать. Никто не смеет прикасаться к ней. Никто, кроме меня. Это моя девочка, моя невеста, моя будущая жена. Моя жизнь. Мое дыхание. Обидеть ее — значит нажить себе серьезного врага. Против отца, против брата, против любого мегакрутого мафиози выступлю. Даже против самого дьявола.

Черт, как же она красива! Так и манит, соблазнительно положив одну руку на свой плоский живот, вторую у головы. Завораживает мерно поднимающейся с каждым вздохом грудью, разомкнувшимися губами, румянцем на щеках, растрепавшимися по подушке волосами.

Интересно, что ей снится? Видит ли она меня в своих снах? Наше будущее? Или она видит только кошмары, которые не дают нам покоя наяву?

Звонок домофона отвлекает меня от созерцания этой неземной красоты, и я встречаю приехавшего Азиза четким наказом:

— Когда поссать идешь, медсестричку с собой берешь. Понял?

— Брат, ну как так? — теряется он.

— Терпи тогда! Последний шанс, Азиз. Не подведи. Она спит, не тревожь ее по пустякам. Я постараюсь не задерживаться.

Он кивает, провожая меня каким-то затравленным взглядом.

Зима уже полноправно занимает свое законное место. Снег не тает. С каждым днем сильнее замораживая землю. Тяжело ее копать в это время года. Надо лопату покрепче, хорошо наточенную, с добротным черенком. Иначе в лесу заночуешь, пока яму выроешь.