– Кто?
Понимая, что терять уже нечего и если она сама не признается, то на нее просто укажут пальцем, Анжела произнесла:
– Это сделала я, мистер МакКрой. Теперь мы можем приступить к съемкам?
Взор фотографа, колючий и неприязненный, уперся ей в лицо. Он смотрел и смотрел на нее не отрываясь, но и Анжела решила, что отводить взор не будет.
Они так и играли в «гляделки» некоторое время, а потом у кого-то зазвонил мобильный телефон, и Стивен первым отвел взгляд.
Выходит, что выиграла она.
Или, с учетом того, что МакКрой не на шутку зол и наверняка разрушит в отместку ее карьеру,
– Так мы можем начинать, мистер МакКрой? – спросила она почтительно еще раз. – Извините, что не спросила вашего разрешения, но вы были углублены в… в
Анжела бросила красноречивый взгляд на онемевшего представителя издания.
– Мне кажется, что я сделала все правильно, по крайней мере, с технической стороны. Если это не так, то готова вам помочь.
И замолчала.
Всеобщее молчание длилось пару минут, которые показались целой вечностью. Внезапно Стивен МакКрой повернулся к представителю издания и произнес:
– Мы проведем фотосессию. Однако она принимать в ней участия не будет.
Он явно имел в виду Анжелу.
Представитель издания, даже не пытаясь прийти ей на помощь, с готовностью заявил:
– Да, да, не будет! Ну что же, дамы, занимаем свои позиции! Итак…
Чувствуя, что ей обидно до слез (и дав себе слово, что не расплачется, иначе покажет тем, что этот надменный тип сумел ее ранить), Анжела демонстративно осталась на съемочной площадке, наблюдая за происходящим.