Роман долго ворочался в кровати, отвыкнув спать без фонового гула Москвы за окном. Хотелось позвонить Димке и рассказать, как классно в школе. Сказать, что его там помнят и любят, про него расспрашивают, но он знал, что не позвонит.

Утром Роман проснулся от приглушенного голоса деда, говорившего с кем-то по телефону. Роман сонно улыбнулся, потому что дед таки его разбудил, — мама была права. Он попробовал уснуть снова, но не получилось. Минут десять он валялся в кровати, оттягивая момент, когда нужно будет вставать. Очень хотелось услышать Машу, но общаться с ней по телефону у него выходило из рук вон плохо. А еще он понимал, что Маша сейчас там с Волковым. Димке Роман все-таки верил, как бы смешно это ни звучало. А вот Маше… не то чтобы не верил, но слова отца о том, что на Романе свет клином не сошелся и что у Маши есть выбор в виде Димки, посеяли в его душе сомнения.

Выбравшись наконец из постели, он оделся, умылся и отправился на поиски деда, который, как оказалось, закончил разговаривать и теперь готовил завтрак. Роман остановился в дверях кухни и несколько минут наблюдал за ним. Дед двигался все так же шустро, как и раньше, и был таким привычным и уютным, что его снова хотелось обнять. А еще он трогательно старался не шуметь: очень аккуратно переставлял посуду и сердито ругался себе под нос, когда тарелки гремели при попытке достать их из шкафа.

— Доброе утро! — сказал Роман, и дед оглянулся с виноватой улыбкой.

— Разбудил тебя?

— Нет. Я сам проснулся. Я в это время уже в универе. Давай помогу.

— Но-но! Никто не будет хозяйничать на моей кухне!

Роман поднял руки, сдаваясь, и уселся за стол. Через пару минут перед ним стояла тарелка с ароматной яичницей и беконом.

— Поехали со мной в Москву, а? — не удержался Роман, принюхавшись к умопомрачительно пахнувшему завтраку.

— А давай лучше ты сюда, а? — дед устроился на стуле напротив него.

— Не могу, — промычал Роман с набитым ртом. — У меня там учеба.

— Учеба… Учиться и тут можно.

То, как это было сказано, вновь насторожило Романа. Он внимательно посмотрел на деда, но тот сделал вид, что не замечает его взгляда.

Они доели в молчании, потому что завтрак был таким вкусным, что отвлекаться от него не хотелось. Потом Роман вымыл посуду и заварил им с дедом свежего чая.

Печенья миссис Дженкинс были все такими же вкусными, и, если бы прямо сейчас Романа спросили, хочет ли он вернуться в Москву, ответ бы у него был однозначным. Ни за что!

Стив прислал сообщение с вопросом о том, когда они встретятся. Роман написал, что через час будет свободен, решив провести этот час с дедом. Просто потому, что хотелось. О матери, будто не сговариваясь, упоминать не стали. Вместо этого дед неожиданно спросил: