От этого у него сносило крышу. И Костя готов был сделать все, что угодно, лишь бы она никогда не прекращала так на него смотреть.

– Мариш, детка, что случилось? Тебе плохо?

Она услышала его шаги и улыбнулась. Знала, что долго без нее он спать не сможет, но все равно пока не была готова говорить,– слезы мешали.

– Все в порядке, просто не спится, – его руки уверенно обняли ее, прижали к горячему телу, накрыли большой живот.

– Пинается наша Рыжуля, – с улыбкой заметил, поцеловав ее в обнаженное плечо, – Что с тобой?

Она резко развернулась к нему лицом и заглянула в любимые глаза, спросила требовательно:

– Ты веришь, что Там, – она глазами показала наверх, – что-то есть? Веришь?

– Ты пугаешь меня, Марин! – он выглядел всполошенным и серьезным, – Тебе что-то приснилось?

Она раздумывала долго, вглядывалась в его глаза, пытаясь решить: говорить или нет?!

Костя ее муж. Ради нее и Ильи он готов на все. Он сделает все. Умрет, если это как-то поможет ей или их детям.

Он самый важный и родной человек. Она доверяет и верит ему. И эту свою тайну доверит, поделится.

– Когда… когда я была в коме…, я видела Тамира, – выдохнула ему куда-то в ключицу, прижалась лбом к его шее, вдохнула знакомый и родной запах, – Мы говорили, гуляли вместе, он рассказывал, как ему там живется. Он скучает по нам. По мне, по Илье, и по тебе тоже. Ты ему понравился. Он вырос прекрасным мальчиком, Костя, умным и открытым. Он потрясающий. А сегодня он мне приснился, представляешь? Я опять увидела своего малыша…

Она уже хрипела, не сдерживаясь, плакала, и сбивчиво говорила.

Костя держал ее крепко, гладил по спине, успокаивал, даже немного качался из стороны в сторону.

– Все хорошо, малыш, все хорошо!

– Он вырос. Он так быстро вырос, и сейчас даже старше Ильи. И он счастлив, у него все хорошо. Но… я так… так скучаю… мне…, иногда мне не хочется быть здесь…, хочется туда, к нему…, быть рядом…

У Кости мурашки холодные на коже выступили от этого жалостного скулежа его любимой. Ей было плохо, и она действительно хотела быть где-то в другом месте, там, где жив их первый ребенок, старший, Тамир. В какой-то степени он ее понимал.

Ему он тоже иногда снится. Но Костя, просыпаясь, понимает, что это просто сон и ничего больше, а вот Марина… Ей больней. Она помнит и знает больше, чувствует боль от потери, ярче.