Он перехватил мои руки.

– Ты будешь работать с капитаном.

Мои глаза округлились так, что едва не выпали.

– И давно ты это узнал?

– Когда вы были в отъезде.

Я выпрямилась, чувствуя глубокую досаду. Все чувства, не нашедшие должного выхода, скопились в горле болью, от которой хотелось плакать.

–Я не буду работать с капитаном, – упрямо ответила я, кусая губы. – Он комитетник! – в отчаянии крикнула я. – Киану, я ненавижу комитетников! Я могу убить его собственными руками! – всхлипы душили меня. Не могу собраться, не могу быть солдатом, не могу стать гордостью Герда! – О, Киану, что это? Убийство? Как мы дошли до этого?

Я не хотела этого делать, но руки сами обхватили его шею, а тело прижалось так сильно, словно искало неведомой опоры, которой у меня никогда не было. Он не мог мне статью ею, но я нуждалась в человеческом тепле, которое бы хоть на одно мгновение напомнило о чем-то естественном и живом.

– Я не буду работать с капитаном, – все вторила под нос. – Я убегу… поеду в Метрополь и убегу… кому какое дело, останусь я жива или нет? Это совсем неважно, ведь мы все – мертвые души…

Киану ничего мне не отвечал, и благом стало невидение его лица и всепоглощающих глаз. Я гадала, что заставило его молчать теперь, когда я хотела услышать от него хоть какие-то слова?

65

65

Вернувшись в дом, мы застали истекающего кровью Ната, его омраченное, скорбное лицо, лебезящих перед ним Мальву и Руни, и что-то стряпающей позади Орли. Кинув на нас неодобрительные взгляды, они продолжили свою деятельность. Вероятно, огонь ненависти все еще горит, и незачем подбавлять бензину в этот костер.

Тогда я подумала о другом. Быть может кому-то Нат покажется сильным, но я видела его слабым. Пустой, бесцельный солдат Герда, готовый отправить на смерть любого воспитанника собственного наставника – и даже себя. Слабость мною презренна; в ней нет спасения никому из нас.

– Я должна передать Герду сообщение Кары, – негромко произнесла.

Когда мы с Киану переступили порог подсобки, еще больше заваленной кусками разобранной техники, Герд читал очередную записку переданную его дальними союзниками. Я молча протянула ему записку Кары, и он холодно пробежал по ней глазами.

– Что-нибудь еще? – вскинул он свои синие глаза.

– В Метрополе очень неспокойно. Проводят проверку всего населения, особенно приезжих. Ее квартиру обыскивали. Правитель отдал приказ негласно патрулировать города. Начнут с Третьей, закончат Седьмой – по кругу. Без проверенных паспортов в столицу лучше не соваться.