– Я-то чем могу ей помочь?.. – произнёс он и тяжело вздохнув, взялся за голову.

– Не строй из себя глупца. Ты далеко не дурак! Прямо сейчас иди к ней и всё! Мне надоело смотреть на то, как вы мучаете друг друга!

И Маргарита Васильевна ушла, повторяя те же слова себе под нос.

***

Павел поднялся вверх по лестнице и, подойдя к двери спальни, остановился. На него вдруг навалилось чувство тоски. Но он должен убедить Аэлиту нормально питаться. Нельзя допустить, чтобы она начала морить себя голодом.

Открыв дверь, он заметил, что Аэлита спала. Он медленно подошёл к ней и, присев на колени, стал рассматривать. Было темно, но он заметил её измученное и бледное лицо. Но её длинные чёрные волосы, беспорядочно рассыпанные по подушке, своим ярким и насыщенным цветом как будто оставляли на своей хозяйки, принадлежащий ей несмотря ни на что, отпечаток жизни.

Его руки импульсивно потянулись к её сложенным на животе рукам и Аэлита, вздрогнув, резко проснулась.

– Это ты… ты…

– Аэлита, тише… Извини, я не хотел тебя напугать.

Она нервно заёрзала в кровати.

– Давно ты здесь? Почему ты меня не разбудил?

– Не волнуйся так. Я только что вошёл.

Но ни о каком спокойствии она, по-видимому, сейчас и думать не могла. Его приход произвёл на неё сильное возбуждение: она тяжело дышала, глаза её округлились до максимума, лицо и шея заблестели от пота, и она постоянно двигалась, как будто готова была в любой момент вскочить с кровати.

– Скажи, почему ты пришёл ко мне только сейчас? Ты не хочешь меня здесь видеть, так? Если, да, то скажи мне об этом и я уйду отсюда…

Она попыталась встать.

– Аэлита, успокойся. Тебя никто отсюда не гонит.

В попытках угомонить он коснулся её щеки. Почувствовав жар, ему пришлось ощупать её лицо полностью.

– У тебя, кажется, опять температура… Марго сказала, что сегодня ты почти ничего не ела. Что ты делаешь? Тебе нужны силы, чтобы поправиться, а для этого тебе необходимо нормально питаться. Я сейчас пойду на кухню и принесу сюда суп. Тебе придётся съесть всё до последней капли…