Хотя кланы аборигенов говорили каждый на своем языке, друг друга они понимали прекрасно.

— Люди этого буша сказали мне, что мяса у них много. Кругом много ру (кенгуру). Но из-за засухи мало ягод, плодов, ямса. Можно предложить кадаича фрукты-овощи в обмен на его помощь?

— Пожалуйста, конечно, Эрни! — Джек не особенно верил, что Эрни удастся договориться с местным кадаича, но он был благодарен пастуху за желание помочь.

— Возвращайтесь, хозяин. Надо ждать, — сказал Эрни. — Если кадаича согласится, я приведу его в амбар.

Эбби и Джек сидели возле Макса и ждали.

— Что ж так долго… — пробормотала Эбби. Ее терпение было на исходе.

— Ты бы особо не надеялась, что Эрни уговорит кадаича, Эбби. Аборигены не особо жалуют собак. Не то чтобы не любят, но они не представляют для них такой ценности, как для нас. В племени обычно можно встретить собак, аборигены спят с ними зимой, чтобы было теплее. Эти собаки довольствуются объедками и костями, которые остаются после того, как поедят люди.

— Не понимаю я этих суеверий! — прошептала Эбби рассеянно. — Прости, я тебя не слушала.

Она начинала понимать, что Джек был прав и надежда слишком призрачна — так что своим упрямством она просто заставила Джека страдать…

— Почему жизнь так жестока, Джек?

— Бывают хорошие времена и трудные времена, Эбби. С уверенностью можно сказать только одно: не бывает всегда только хорошо или только плохо.

— Это я знаю, — кивнула девушка, думая об отце и Ниле.

Джек легонько пожал ее руку.

— Почему бы тебе не пойти спать, Эбби? Я подожду здесь. Если что-то изменится, я тебя разбужу.

— Нет! — покачала она головой. — Это была моя идея, и я дождусь вместе с тобой.

В этот момент в дверях амбара появился Элиас.

— Все в порядке, Джек? Псу не стало хуже?

— Стало… — грустно откликнулся Джек.

— Вы не хотите, чтобы я…