— Не заменит, ― выдохнула, открывая глаза, ― но поможет притупить боль.

— Рядом с Грегом ты никогда не будешь чувствовать того, что чувствовала рядом с Дареном. Птице, привыкшей летать, придется научиться жить без крыльев.

— Может быть, это к лучшему? Может быть, если в моих отношениях больше не будет этого нескончаемого сумасшествия, то у меня получится сделать их крепче и долговечней? Может быть, тогда я, наконец, смогу стать по―настоящему счастливой?

Нэл молча смотрела на меня, наверное, пытаясь понять, о чем именно я думаю, а затем осторожно придвинулась и вновь сжала мои ладони в своих.

— Никто и никогда не знает, насколько долгими их отношения. И я не знаю. Но есть кое―что, в чем я уверена даже не на сто, а на тысячу процентов. В том, что любовь, через какой бы водоворот её не пропускало, грешно так бездарно растрачивать. Особенно ту, которая существует между вами. Потому что это очень редкая её форма ― настоящая.

— Он сам оставил меня… ― мотнув головой, зажмурилась, ― …сам ушел.

— А ты не думала, что у него могла быть причина уйти?

— Да, ― уголки губ непроизвольно дернулись, ― трусость.

— Нет, ― решительно заявила она, ― я смогу поверить во что угодно, но только не в то, что Дарен Бейкер струсил. И ничто меня в этом не переубедит.

— Нэл…

— Нет, Эбби, ― прервала меня она, ― я видела его глаза. Видела, какие сильные и глубокие чувства живут внутри них. Он просто не смог бы поступить так с тобой. Не снова.

— Видела его глаза? ― шепотом, словно где―то на уровне подсознания, спросила я. ― Вы встречались? Где? ― подруга промолчала, и, подавшись вперед, я повысила голос. ― Нэл, расскажи мне, где ты видела его.

Она выдохнула, а затем кивнула.

— Рано или поздно, ты бы всё равно обо всем узнала, что толку, что он просил молчать.

— О чем ты?

— Это Дарен помог мне уйти от Эдварда.

Я замерла, а затем завертела головой.