— Я знаю.

Ощутил внезапное тянущее чувство внутри, а затем ― до боли родной и знакомый запах. Её запах. Подняв голову, остановился, чувствуя, как ноги намертво приросли к земле. Это не мог быть мираж. Не мог быть сон. Я отлично умел отличать реальный мир от выдуманного, но этот момент был так прекрасен и одновременно так мучителен, что я не знал, в каком из них в этот момент хотел бы оказаться.

Эбби так же внимательно смотрела мне в глаза, не смея нарушать тишины. Она стояла посреди аллеи, её руки сминали ручки небольшой сумки, а грудь высоко вздымалась, выдавая бешеный ритм сердца ― она нервничала, этого не заметил бы лишь человек безнадежно лишенный сразу всех органов чувств.

— Привет.

От её голоса всё внутри мгновенно затрепетало, подпрыгнуло и опустилось ― ощущения, о существовании которых ранее я даже и не подозревал. Видит Бог, как сильно мне хотелось подойти к ней, прижать к своей груди, запустить пальцы в её волосы и вдохнуть их дурманящий запах.

Я очень хотел рассказать ей правду, объяснить, почему так поступил, хотя и знал, что даже самых убедительных в мире слов всё равно будет недостаточно.

Я мог бы попытаться. Мог бы попробовать. Но вместо этого лишь сильнее стиснул зубы и отвел в сторону глаза.

— Дарен…

Эбби сделала шаг, и я интуитивно отступил; взгляд стал стеклянным, отстраненным и холодным. Пускай это и была всего лишь маска, пускай она душила ― так было нужно.

— Сегодня объявляли штормовое предупреждение. ― произнес, не поднимая глаз. ― Тебе лучше поехать домой.

Развернулся, собираясь уйти, но остановился, когда Эбби сжала моё запястье.

— Я никуда не поеду, пока мы не поговорим.

Её пальцы были ледяными, но от них невыносимо жгло кожу.

Вымученно прикрыв глаза, с силой стиснул зубы, лишь бы только не закричать от мучительной боли, разрастающейся с каждым новым ударом сердца.

Сильный порыв ветра заставил резко отрезветь.

— Отвези её домой, ― обратился к Полу.

— Я никуда не поеду, ― вновь повторила Эбби.

— Пол, ― уже грубее велел, вынудив друга сделать шаг.

— Даже не думай, ― остановила его она, выставив ладонь вперед.