— Ты уже много недель не вылезаешь со своей яхты, тебе нужно развеяться.
— Единственное, что мне сейчас действительно нужно ― найти того ублюдка. ― ответил сквозь зубы, сжимая пальцы в кулаки. ― Я на грани, Пол. На чертовой грани!
— Мы найдем его. И заставим за всё ответить.
Сглотнув, сильнее стиснул пальцы.
Прошло больше двадцати лет, а я до сих пор так и не смог забыть ту ночь. Дом в воспоминаниях всегда пылал, а запах гари душил и причинял боль. Её тихие мольбы звучали в сознании постоянно, и заглушить их не удавалось.
Я не помнил, когда в последний раз нормально спал.
Чувство вины преследовало словно тень.
— Мы на месте, ― голос Влада отогнал воспоминания; дышать стало легче.
— Элейн постоянно о тебе спрашивает, ― сказал Пол, когда мы вышли из машины, ― и каждый день ждет твоего звонка.
— Ты даже не представляешь, как сильно мне хочется услышать её голос. Но каждый раз, когда руки тянутся набрать её номер, я останавливаюсь, потому что вспоминаю, что ублюдок следит.
— Я сказал ей, что ты пробудешь какое―то время в Нью―Йорке. Пока не решишь некоторые дела.
— Именно так она и должна думать.
— Головой, возможно, так и думает, ― усмехнулся Пол, ― но сердцем и интуицией уже пакует вещи. Я не могу удержать твою сестру. Не тот у неё характер.
— Придумай что―нибудь.
— Что? Запереть её?
— Да, если потребуется, запри. Но никуда не выпускай.
— Сначала она не выходила, потому что заботилась обо мне. Затем мне пришлось соврать, что на улицах беспорядки, а затем, что врач настоятельно рекомендовал ей отдых. Только она не глупая. И всё чаще задает вопросы, ответов на которые у меня нет.
— Заставь её поверить во что угодно, только не дай докопаться до правды. ― вновь повторил то, что Пол и без того знал. ― И оберегай ото всего, слышишь? Каждую минуту. Личная охрана всегда будет рядом с вами, но всецело её жизнь я доверяю только тебе.