Лишь тихий всхлип, который не мог быть иллюзией, заставил очнуться. Теперь я осознавал, что мы стояли под ледяным дождем, и женщина, которую я пытался укрыть, мокла под ним.

— Эбби… ― от её имени каждую клеточку тела сводило от невыносимой боли, ― …ты насквозь промокла… тебе нужен чай и сухая одежда. Слышишь? Ливень очень сильный.

Только на последних словах, когда я коснулся её плеч, она шевельнулась. Отстранившись всего на несколько дюймов, медленно подняла голову, вынуждая меня вновь утонуть в синих глазах.

— Я не хочу… ― дождь умело скрывал эмоции, но я знал, что она плачет, ― …не могу.

— Ты простудишься.

— Пускай… ― безразлично качнув головой, ответила она, ― …какая тебе разница?

— Перестань.

— Если только… ― крупные капли отяжеляли ресницы, но она внимательно смотрела мне в глаза, ― …перестанешь и ты…

— Зачем ты делаешь это? Мм? Почему не пытаешься понять?

— Потому что ты не пытаешься объяснить…

— Я назвал тебе причину. Назвал. Что ещё ты хочешь услышать?

— Правду… ― Эбби судорожно втянула воздух, ― …я хочу услышать правду…

Её синие глаза смотрели в самую глубь, выискивая ответы, капаясь в ворохе беспорядочных мыслей. От этого родного и любимого взгляда становилось мучительно больно. В ней всё ещё продолжали теплится надежда и вера, а я был вынужден снова и снова безжалостно их топтать.

— Это правда.

— Я не верю… ― шептала она, вынудив прикрыть глаза, ― ни единому слову…

— Эбби…

— Пожалуйста, Дарен… ― её тихая мольба заставила всё внутри вновь болезненно сжаться, ― …хватит… перестань мне лгать… перестань мучить…