Что со мной происходит?
Я заглядываю в телефон, хотя и боюсь увидеть, что там пишут. Под постом появляются все новые комментарии, и я заставляю себя прекратить их просматривать. Кроме того, мне пришло несколько сообщений от Лена, которые я игнорирую, и от Ким, которая предупреждает меня, что пора уже вернуться, поскольку она больше не может меня прикрывать.
Я завожу машину и направляюсь к дому, потому что это кажется самым логичным первым шагом. Я добираюсь до него целая и невредимая, и, к моему облегчению, когда я отпираю дверь, в квартире стоит тишина.
Ким, сидящая за своим столом, оборачивается на звук.
– Мама с папой пошли спать, – говорит она вполголоса. Потом, рассмотрев меня получше, удивляется. – Что с тобой?
Я разуваюсь, как зомби.
– Не хочу об этом говорить.
Я проношусь мимо, пока сестра не успела еще что-то сказать.
Почистив зубы, я сильно натираю мочалкой лицо, пока кожа не становится красной. Когда я расплетаю косы, волосы изумительно вьются, и я с омерзением отворачиваюсь от зеркала.
В нашей комнате я в темноте забираюсь в кровать, и тут в мое бедро упирается что-то тяжелое. Я протягиваю руку, ощупываю этот предмет и вспоминаю, что это «Жизнь: способ употребления». Это название возмутительное, ведь оно вводит в заблуждение. Так же, как и сам Лен. Эта книга – самое бесполезное руководство из всех, что я когда-либо читала. Сколько часов я потратила, анализируя сложные описания и запутанные истории. Я думала, что все это поможет мне глубже понять Лена. Или хотя бы жизнь. Вместо этого, прочитав 350 страниц, я испытываю даже больше недоумения и раздражения, чем прежде. Вся эта книга оказалась верхом бесполезности, и бесполезнее может быть разве что цель главного героя. Поверить не могу, что я когда-то считала ее охренеть какой интересной.
Я сбрасываю книгу с кровати и отворачиваюсь к стене, скорчившись под одеялом. Я чувствую себя дерьмово. Феминистки должны быть частью союза сестер. Вот только я все испортила, отвратила от себя единственную подругу, которая была со мной задолго до того, как я узнала, что такое феминизм.
И главное, ради чего? Ради какого-то парня.
Каждый раз, когда я думаю о нем, я злюсь. Я никак не могу смириться с тем, что именно он опубликовал манифест. Он все это начал. Он! Теперь, вспоминая о том, какой я была дурой, я блевануть готова. Не верится, что я целовала этого козла. Не верится, что он мне нравился.
Глаза щиплет, и тут я понимаю самую главную подлость: мне он до сих пор нравится. Чтоб тебя. И как типичный козел, он еще и ткнул меня носом: «