Я беру сумку, закидываю на плечо ремешок и направляюсь к двери.

Мэл хватает меня за запястье.

– Ты куда?

Я скидываю его руку и едко смеюсь.

– Не уверена, но там точно не будет тебя. Ведешь себя как придурок, считая, что я перед тобой в неоплатном долгу. Из-за тебя я рассталась с парнем. Ты неумолимо гонялся за мной, и ради чего? Чтобы вести себя так, словно мне нужно взять и уволиться, только потому, что ты так велел?

Мэл морщится от душевных терзаний, понимает, что сильно проштрафился. Он качает головой, вздыхает и падает на колени, прижавшись лбом к моему животу. Это не акт мольбы или преклонения, а простой милый жест.

– Прости. Веду себя как осел, но я не хотел. И поверь, я отнюдь не воспринимаю тебя как должное. Давай сегодня повеселимся. Я сделаю пару звонков и постараюсь отложить возвращение в Ирландию. Что ты хочешь?

«Тебя, – возмущенно думаю я. – Поэтому, в принципе, я и вляпалась в эту переделку».

Он понимает, о чем я думаю, и начинает хохотать, потирая щеку.

Мэл краснеет. Я все-таки таю. Вот так у нас теперь навсегда и повелось.

– Ну помимо очевидного ответа. Взаимно, кстати.

Он прикладывается горячими губами к моему животу.

– Удиви меня, – шепчу я.

– Удивить?

Мэл усмехается. Волк тоже так улыбался, а потом открыл пасть и живьем проглотил Красную Шапочку.

– Твое желание – закон, принцесса.

В день свадьбы на мне желтое летнее платье, а на губах немного блаженная улыбка. На женихе – бриджи и черная футболка, пропитавшаяся запахом теплого пива, ботинки и красная бандана на лбу.

Мы кажемся слишком юными, слишком пьяными, слишком беззаботными, но оба знаем, что наш брак не ошибка.

Просто для смелости понадобилось немного принять на грудь, чтобы вопреки всем тайнам решиться.