В ухоженных садах замка для нас устроили пикник с белой палаткой, нарядным столом и деревянными стульями. Хоть мне и нравилось слушать истории о капризных придворных Франции, отчасти хотелось, чтобы историк ушел и я смогла поговорить с Селестой наедине.

После кофе и ланча из четырех блюд, начиная от миниатюрных лимонных тарталеток и заканчивая шоколадными макарунами, историк, наконец, попрощался с нами. Амир вытащил хрустящую розовую купюру из толстой пачки и протянул ее экскурсоводу. Она сложила ее, затем украдкой сунула за воротник своей блузки лососевого цвета и удалилась на своих тонких каблуках.

Я вроде как хотела, чтобы телохранитель Джареда тоже ушел, но вряд ли он выполнил бы мой приказ. Поэтому я обошлась тем почтительным расстоянием, которое он нам предоставил, и понадеялась, что его слух не был слишком острым.

– Селеста, ты не можешь ненавидеть меня за решение, которое касается только меня.

– Только тебя? – она покачала головой. – Оно касается не только тебя. Оно влияет на… оно влияет на всех.

– В самом деле? Назови еще хоть одного человека, на которого повлияет мое отсутствие.

– Ашер.

Я вздохнула.

– Мы уже говорили об этом, милая. Меня не интересует Ашер, и он…

– Он разблокировал счет Джареда, – прошипела она. – Ради тебя! Он сделал это ради тебя.

– Нет, он сделал это для себя, чтобы исправить ошибку. И еще ради Джареда. Мои крылья не сыграли никакой роли в его решении.

Храбрый маленький воробей приземлился на наш стол в поисках крошек.

Селеста сняла корку с тарталетки и бросила ее к лапкам птицы.

– Кстати, тебе не хватает семи. Я проверила два дня назад. Тебе нужно всего лишь семь перьев.

– Восемь. Прошлой ночью я потеряла одно.

– Как? Джаред опять заставил тебя солгать?

– Нет. И он никогда не заставлял меня лгать. Я сама это делала.

Еще один коричневый воробей уселся на наш стол, подбодренный удачей друга, и Селеста покормила и его.

– Я люблю его, и если бы ты дала ему шанс, то поняла бы почему.

Подруга скрестила руки на груди и уставилась на тонкий белый шрам на моей шее, как будто сам Джаред оставил его там.