— На, — он вытащил из пиджака свой телефон, — звони.
...
Спустя два месяца
Я вернулась. Заперла дом, собрала свои вещи, и вместе с тётей Нюрой вернулась туда, откуда бежала. Боялась ли я? Безусловно. Я долгое время вбивала в свою голову мысль о том, что мне больше ничего не угрожает. Я просыпалась посреди ночи от кошмаров и подолгу сидела на крыльце старенького дома. Как и сейчас. Я смотрела на яркие звёзды, и трепала за ухом щенка, которого нам на днях привёз Сергей.
Крутила в руках кнопочный телефон, снова и снова всматриваясь в цифры сохранённого номера. Я звонила на него несколько раз. И каждый раз мне говорили о том, что номер недоступен.
Я такая идиотка.
Провела ладонью по лицу, задевая мочку уха и тихо зашипела. Они болят, потому что я снова проколола уши. Обычной цыганской иглой, как в детстве. Вставила мамины серьги, ощущая тепло, разлившееся внутри.
В той сумке, что оставил мне Николай были и серьги, и украшение, подаренное мне когда-то Климом. Поначалу я хотела от него избавиться, но в последний момент передумала. Не знаю, что мной двигало, но я передумала в самый последний момент. В сумке так же были мои блокноты и карандаши. Некоторые средства гигиены и одежда. На дне я обнаружила деньги. Очень много денег. Должно быть, это была компенсация...
Вспомнив об этом в очередной раз, я ухмыльнулась. На тихий звук щенок фыркнул и влажным носом ткнулся мне в ладонь.
— Жора, — ласково прошептала кличку, — мой мальчик...
Поцеловала собачью макушку, и услышала позади шуршание.
— Ты снова не спишь? — Тётя Нюра обернулась платком и вышла ко мне. Села на ступеньку рядом со мной и мягко провела ладонь по моей спине. — Совсем день с ночью попутаешь...
— Я же недолго. Часик посижу и спать пойду.
— Утром не встанешь.
— Встану...
Я нашла себе работу. Временную. Я так надеялась. Я всё ещё грезила тем, что когда-то найду в себе силы заняться своим делом. А пока что меня взяли в местную пекарню. Теперь я умею печь хлеб. И не только.
Эту работу мне нашёл Сергей. Он помогает нам понемногу.
— Сергей вечером заезжал. Чего не вышла? — спросила тётя Нюра, будто услышала мои мысли.