– Мы уезжаем, – досада, которая отражается на детском лице, делает Полине физически больно.

Она слышит, что Гаврила хлопает дверью машины. Садится на руль, начинает сдавать назад.

Сама шагает ближе к Поле и приседает. Подзывает к себе.

Судорожно думает, что сделать-то может…

– А когда приедете? – девочка подходит, позволяет погладить своего щенка. Смотрит с надеждой…

– Пока не знаю. Но обещаю, что когда приедем – в гости приглашу. А ещё…

Полина торопливо соображает, что могла бы подарить. Только у неё нет ничего. Разве что сережки.

Они не безумно дорогие, но с брильянтами.

Поля снимает их под удивленным взглядом ребенка. Жалеет сейчас, что не забрала из прошлой жизни все свои украшения. Полина семья на эти деньги смогла бы обеспечить малышке столичное образование, съём квартиры. Настоящий билет в достойное будущее.

Полина переворачивает руку девочки, сначала раскрывает ладонь, потом кладет на неё серьги и сжимает в кулак.

– Распорядись ими, как сама посчитаешь правильным. Носи, если нравятся. Если нет – спроси у мамы, она подскажет, как продать. Ты очень красивая девочка, Полина. Тебе они пойдут больше, чем мне.

Маленькая Поля так растеряна, что даже с ответом не находится. Её учили от незнакомых подарки не принимать. Но Полина – немножечко знакомая. Да и подарок её ошарашил, но явно нравится.

Она разжимает кулачок и смотрит на сережки. Потом на Полину.

– Спасибо. Я буду носить.

Не сдержавшись, Полина обнимает малышку напоследок. Поднимается…

Идет быстро к машине, не оглядываясь.

Садится на пассажирское, ведет под глазами, боковым зрением замечая, как съезжаются ворота.

Она не хочет уезжать. Они с Гаврилой не сделала ничего такого, чтобы сбегать из своих жизней, оставляя всё дорогое. Эта несправедливость именно сейчас доводит до отчаянья, выливается злостью.

Гаврила снова, как по дороге сюда, кладет руку на Полино колено и ждет, когда она посмотрит на него.

Она хотела бы сначала эмоции погасить, а уже потом, но в итоге сдается.