В мыслях о Бонни и романе (сказочный сон, превратившийся в кошмар, позабылся за неважностью) я добралась до студии и оккупировала кофемашину. После чашечки капучино работается намного веселее! Я честно собиралась напоить гениев кофе и подкараулить Тошку, был у меня к нему один важный практический вопрос, но когда с нашими гениями что-то шло по плану? Правильно. Никогда.

Глава 35. Развод по-цыгански

Глава 35. Развод по-цыгански

Поначалу репетиция шла как обычно, разве что Том и Джерри наперегонки пытались убить артистов взглядами: Том – полным страдания о несовершенстве мира, а Джерри – обещанием страданий несовершенному миру от его, Джерри, рук. Так как все давно к такому привыкли, то не особо обращали внимания. Не орет и стульями не кидается – значит, все в порядке.

Но когда на сцену вышел Мартин…

Нет, никакого мата или летающих стульев. Но выражение морды… о, какое было выражение морды! Горлум, жующий лимон с перцем, отдыхает. Да и ни один Горлум не способен молча, за пару минут, создать настолько невыносимую атмосферу. Мне, не актрисе, и то в какой-то момент захотелось пойти повеситься от собственной бездарности.

Вешаться никто не пошел, только морды стали кислыми, и игра – дергано-вялой. А я так вообще обрадовалась, что не успела слинять в чайную комнату, любопытно же, что сегодня учудит наш доминантный козел! Да и вообще, мир резко встал на место: Бонни Джеральда не подменили инопланетяне, он не заразился смертельно опасным заболеванием мозга. Он по-прежнему наше родное крезанутое хамло.

Не знаю, сколько бы Джерри сверлил в Мартине дырку и провоцировал полтергейст, может, еще минут бы пять продержался, но Мартин у нас тоже тонкая ранимая натура. Оборвав номер на середине, он сунул руки в карманы и шагнул к Джерри с видом «первого парня на районе».

– Ну? – прозвучало в резко наступившей тишине.

– Il merda triste (унылое дерьмо – итал.), – уронил Джерри, глядя ему в глаза. Образ «мальчик с района, не суйся поперек больших дяденек из мафии».

Насупившись, Мартин потребовал объяснить, что изменилось с позапрошлой недели, когда все было отлично, Эсмеральдо – великолепен, а Мартин – гениален. Потому что если мистер Джеральд скажет, какого рожна ему не хватает – Мартин тут же, немедленно, этого рожна сделает.

Скривившись, мистер Джеральд потребовал огня, полета, страсти… да хотя бы признаков жизни! Это ж не Эсмеральдо, это позавчерашний анчоус! Давай, еще раз с начала эту сцену, и не пытайся изобразить малолетнюю проститутку!

Сцену начали сначала. Потом еще раз. И еще.