Целую первая, привстав на носочки, чувствую, как его руки заползают под полотенце.

Во мне все еще живет страх, что любой его уход может быть навсегда…

– Я быстро, – шепчет в губы и, отстранившись, достает из шкафа пальто.

Закрываю за ним дверь и бреду на кровать. Уснуть, конечно, не могу. Становится жутко от одной только мысли о реальном трупе. А ведь люди с ними работают. Некоторые изо дня в день смотрят на весь этот ужас.

Часто моргаю, стараясь сбросить с себя ощущение тревоги. А оно зашкаливает. Эта гадкая банка таблеток не дает мне покоя.

Что с ним происходит? Что за секреты?

Перевернувшись набок, снимаю блокировку на телефоне и вбиваю в поисковик название таблеток, что принимает Ванька.

Это обезболивающее. Очень сильнодействующее обезболивающее. Такое, что не купишь без рецепта. Такое, от которого с легкостью может возникнуть зависимость.

77

77

Иван

Дождь не заканчивается всю ночь.

Меня кошмарит. Снова. Очередной рецидив.

Тяну на себя крышку бардачка и вытаскиваю блистер. Выдавливаю на ладонь таблетку.

Четвертая за сегодня.

Пострадавшая от ранения нервная система очень любит напоминать о себе в самый неподходящий момент. Любое нервное потрясение, и неважно, что положительное, возвращает в это болото из раза в раз.

Врач говорит и говорил три года назад – нужна еще одна операция. А может, и больше. Таблетки – это временное спасение, и нужно быть более ответственным.

Но какая, к черту, ответственность, если все это слова? То, что я снова лягу под нож, не гарантирует результата. Лишь надежду и никчемный шанс.