— И ты, получается, родился в той спальне, которая будет моей, да? В женской.
Питер улыбнулся:
— Беннет оказался прав — ты тоже читаешь эти романы. Нет, милая, я родился в госпитале Святой Марии. Вот такая проза жизни.
Лицо Кристины выразило такое облегчение, что Питер решил ее подразнить:
— Но, не считая этого, все остальное, конечно же, у нас будет как положено. И я буду стучаться к тебе в дверь и интересоваться, могу ли я войти, чтобы выполнить супружеский долг.
— А если я захочу этого первая, то стучаться придется мне?
Вопрос так легко слетел с ее губ, словно они были женаты уже лет десять и могли свободно болтать о подобном, стоя между двумя спальнями.
Питер был очарован: ею, этим моментом, ее реакцией на дом. Работая с дизайнером над обновлением, он часто думал, понравится ли ей? Будет ли ей хорошо и комфортно? Станет ли этот дом ей таким же родным? Будет ли так же дорог?
Кристина тем временем зашла в свою будущую спальню и застыла: посреди комнаты стояла стремянка, рядом с которой лежала большая коробка с красивой люстрой. Мебели не было.
Зашедший следом Питер уловил изменения в ее настроении. Осмотрев комнату, он заметил:
— Они тебя не ждали. У нас еще четыре месяца. Поверь, я утверждал проект, тебе все понравится.
Она молчала, и он забеспокоился:
— Малышка, может, я познакомлю тебя с дизайнером, и ты сделаешь все на свой вкус? Наверно, надо было так поступить с самого начала… Но у нас еще есть время, еще больше четырех месяцев…
Кристина пошла в сторону выхода, потом вернулась и поцеловала его в губы:
— Не волнуйся. Все отлично. Делай с дизайнером на свой вкус.
И через две гардеробные прошла в спальню будущего мужа. Улыбающийся Питер пошел за ней.
Лондон, резиденция маркизов Солтлейн, 28 ноября, 15:24
Лондон, резиденция маркизов Солтлейн, 28 ноября, 15:24
Спальня Питера отличалась от спальни, готовящейся для Кристины, как в игре «Найди сто отличий». Здесь в каждом предмете, в каждой мелочи — от роскошной кровати, накрытой винтажным покрывалом, до фотографий в серебряных рамочках, стоящих на комоде, — звучали любовь и забота.
Кристина села на необычно низкую, но очень красивую кровать и покачалась на пружинном матрасе.