Я не одинока во всем этом.

Со мной люди, готовые помогать.

Я сделала еще один глубокий, судорожный вдох.

Сегодня – самое грандиозное, самое значительное событие за все время существования «Арктического клуба любителей карри». И будь я проклята, если позволю какой-то там тревожности все испортить.

Через пятнадцать минут мы с Ритой принесли первую перемену: плотно скатанные лефсе, щедро посыпанный укропом мягкий творог и по паре ломтиков моего копченого лосося. Все это было аккуратно сервировано на тарелках, которые я взяла напрокат в местном отеле на один вечер.

– Потрясающе выглядит, – восхитился Гуннар.

К моей радости, еще несколько человек с ним согласились. Сегодня прием был по всем параметрам выше обычных моих стандартов. И домик выглядел лучше обычного. Мы перетащили диван к Миккелю, а на его место поставили второй стол. Оба стола были накрыты накрахмаленными скатертями и уставлены отчищенной до блеска посудой.

Я откашлялась.

– Перед тем как вы навалитесь на еду, мне бы хотелось рассказать вам про меню, – услышала я свой голос. – Когда я планировала этот вечер, мне хотелось найти способ соединить Арктику с Индией, родиной моей мамы. И тогда я узнала про ледниковый район в Гималаях и Тибетском плато, который известен как Третий полюс, потому что в его ледниках хранятся самые большие запасы пресной воды в мире после Арктики. Для меня идея третьего полюса предполагает, что мир делится не только на черное и белое, правильное и неправильное, что глядеть на жизнь можно под самыми разными углами. Именно эти убеждения и легли в основу моего меню. Во всех сегодняшних блюдах есть немножко индийского и немножко арктического. Некоторые из них навеяны традиционными рецептами кашмирского праздничного обеда, вазвана, а другие – норвежская классика, но с примесью индийских ароматов. Надеюсь, вам понравится.

Гуннар с Ритой громко зааплодировали. Остальные гости последовали их примеру.

Вернувшись на кухню, я вручила Рите блюдо с рыбной тиккой для барбекю.

– Только ты с ней побережнее.

– Не дрейфь. Приготовлю в лучшем виде.

И она честно сдержала слово.

Я еле успевала поворачиваться, столько было работы. В кухне царил еще больший хаос, чем обычно: повсюду стопки грязных тарелок, плита уставлена кастрюлями и сковородками, мусорное ведро забито до отказа. Однако, несмотря на хаос, все блюда вышли более или менее такими, какими я их задумывала. Крокеты – хрустящие и золотистые, чатни – как раз нужного уровня терпкости. Красный олень – мягкий и сочный, а щербет – идеальный нейтрализатор вкуса, чтобы освежать восприятие между переменами блюд. Единственной сомнительной нотой оказались тюленьи ребра – вкус у них получился весьма специфический. Большинство гостей попробовало по паре кусочков, да тем и ограничилось. Что ж, по крайней мере они добавляли всему меню в целом налет новизны.