Молчание.

– Тогда я поделюсь, что мне не нравится в Америке: алчность. Эту страну украли и основали материалисты. Алчность, эта болезнь отравляет нас на протяжении нескольких сотен лет, создавая иллюзию возможностей и свободы. Так и есть, но лишь для тех, кому хватает смелости забрать то, что им, черт возьми, не принадлежит. Таким все дается задарма. Ты слышал об Аль Капоне?

Он кивает.

– Один из самых знаменитых гангстеров в истории. Когда он правил, от одного упоминания его имени людей охватывал ужас. Многие знают, как он жил, но известно ли тебе, как он умер?

Быстро качает головой.

– В изгаженном подгузнике из-за нейросифилиса. Думаю, ты согласишься, что финал у него вышел унизительный.

Жюльен слегка округляет глаза.

– Меня тоже это удивило. Я мог бы привести еще сотню примеров таких же подонков, как он, но все они плохо кончили. Мало кто умер во сне со спокойной душой. – Я ухмыляюсь, глядя на него.

– Можешь вообразить, каково иметь такой злой разум? Я не хочу. Я не такой, как он. Я просто учился на его ошибках и ошибках подобных ему, потому что все же никто не хочет быть таким мерзавцем. – Вытаскиваю из кармана обратный билет на самолет. Он даже не смотрит.

– Но алчность заразила не только Америку. Вся наша планета ею заражена. И Франция – не исключение. Помнится, велась столетняя война, изувечившая юношей, потому что они целыми днями отрабатывали навыки с луками и стрелами, готовясь к битве, для которой были слишком молоды. Сто шестнадцать лет шла эта война. Спустя еще пару сотен лет один чересчур амбициозный французский ублюдок объявил другую войну. Знаешь, как его звали?

– Наполеон, – отвечает Жюльен так, словно ему противно произносить это имя вслух.

– Еще один алчный человек. Думаю, ты понял мою точку зрения. В итоге все мы делаем то, что до́лжно, согласен? Потому что даже если я, черт возьми, захочу поделиться честно нажитым, этого будет мало. Алчность не понимает такое слово как «хватит». Но эти отвратительные поступки, что мы совершаем, необходимы, потому как, решив вступить в эту игру, мы в ту же минуту решили, на что готовы пойти. От показного благочестия толку мало, но если бы не лез своими делами в подноготную, то не смог бы добиться таких успехов. Это и есть бизнес.

Наклоняюсь, глядя ему в глаза.

– Но тебе приказали вмешаться в мою личную жизнь, и, выполнив поручение, ты только что потерял свое будущее. Уверяю тебя, в какой бы глуши ты ни спрятался, вернувшись во Францию, я, созданный Америкой, найду тебя. Так у тебя хотя бы будет веская причина ненавидеть Америку. Гарантирую: когда я тебя найду, ты умрешь от рук такого же француза, как ты.