Меня так и тянет прикончить его сейчас, но если сделаю это, то мое послание не дойдет до адресата.

Сейчас я готов сразиться со всей армией Антуана. Будь я проклят, если позволю этому гребаному душегубу лишить меня даже капли душевного спокойствия. Этот фарс тянется уже слишком долго. Если он хочет войны, я пойду на все, чтобы ее выиграть. Хоть и страшит эта мысль, отчасти я жажду вернуться в строй.

– Tu veux mourir? Et laisse-moi être clair, si tu hausses les épaules encore une fois, tu le seras[120].

– Je t’ai dit tout ce que je sais[121].

Знаю, что он говорит правду. Текст сообщений слишком расплывчатый – выходит, этот подонок не может быть доверенным лицом Антуана.

– Tu n’es rien de plus qu’un putain de chien de garde, et tu n’es même pas bon à ça[122].

В его глазах вспыхивает гнев, но он молчит, подавив злость. А поскольку я тоже тот еще ублюдок, на этом не останавливаюсь.

– Знаешь, ты напрасно так стараешься себя проявить. Предъявил бы к себе больше требований. – С отвращением окинув его фигуру взглядом, провоцирую Жюльена, подбивая выплеснуть гнев. – Tu n’es même pas digne d’être français[123].

Его презрительная ухмылка почти незаметна, но этого мне хватает. Схватив «глок», отшвыриваю стол и нависаю над Жюльеном, прижав к его лбу пистолет. Надо отдать ему должное, даже глазом не моргнул. Схватив его за горло, впиваюсь пальцами в его кадык и наклоняюсь так, что наши лица оказываются напротив.

– Dis-lui que le temps ici est parfait[124].

Наклоняюсь, пока он пытается перевести дух, и бросаю взгляд на дверь.

– Et que l’eau est prête[125].

Подавив желание размозжить ему череп «глоком», вылетаю из мотеля и киваю дожидающемуся на улице Озу.

– Посади его на рейс.

* * *

Двадцать четыре часа. Тайлер пришлет своих лучших сотрудников через двадцать четыре часа, и нас будут охранять мои Вороны и Секретная служба. Этого времени хватит. Я между тем должен посвятить Сесилию во все нюансы, начав со своего прошлого с Антуаном. У меня в запасе десять часов до возвращения Жюльена во Францию, после этого время и впрямь начнет обратный отсчет. Совершенно не сомневаюсь, что мы снова поссоримся с Сесилией, но это не разрушит наши отношения. Не знаю, что ждет нас в будущем, даже с учетом того, что подкрепление уже едет. Одна эта мысль побуждает торопиться к ней, оказаться рядом. Мое признание снова может вбить между нами клин, но не меньшим кошмаром для нее станет то, что с этой минуты я никогда не оставлю ее одну. Она хочет моего доверия, но если я не могу чего-то предугадать, то потворствовать ей в этом не стану и не пойду на компромисс.