Михеич Ким, будучи от природы ретроградом, пришёл в ужас. Он, наверное, запил бы с горя, да мешала корейская кровь, которая, в отличие от крови королевы Мэри, смешиваться с водкой не желала принципиально.

Склонный к рефлексии и диссидентству Гусси сильно переполошился, осознав, что на кипы литературных журналов, неизвестно откуда появившихся в совершенно свободной продаже, тощей стипендии решительно не хватает. Поэтому, смирившись с неизбежным, взялся за изучение иврита.

Карась, как и положено сознательному рокеру, подался в сторожа. Какое-то время охранял среднюю школу, а там добрался и до целого спорткомплекса с полным набором услуг, включая тренажёрный зал, небольшой бассейн и коллективную мечту всех сторожей — хорошо оборудованную сауну.

Яков отпустил волосы ниже плеч, расковырял большой круглый значок, который Гусси получил в Союзпечати в награду за оптовую закупку периодики, вставил в него вместо Русалочки собственную фотографию с надписью «Я холост» и стал в таком виде слоняться с другом Клином по кооперативным барам, вдруг откуда-то возникающим и часто так же вдруг куда-то исчезающим буквально на следующий день. Именно тогда в их жизнь вошло кафе «Фламенко», распространявшее на полквартала вокруг себя аромат свежерастворимого корейского кофе с плавающим в нём полумесяцем лимона.

Илья оказался прозорливее всех.

— Бабки делать надо, мальчики, время сейчас такое, — объявил он вслед за Горбачёвым и, к ужасу Михеича, подался не то что к каким-нибудь торгашам, а к самым что ни есть нуворишам: устроился в местное отделение то ли страховой, то ли брокерской, то ли ещё какой антисоветской конторы и стал в ней достаточно успешно суетиться. А в разгар зимы запричитал: — Чёрт, фершты мои из Хабаровска приезжают, надо срочно культурную программу выпучивать!

Фершт была то ли фамилия, то ли кличка какого-то его давнего начальника, произведшего на Илью настолько мощное впечатление, что теперь он никого из своих боссов иначе не называл.

На этот раз ферштами оказались трое состоящих между собой в непосредственной родственной связи и потому очень похожих друг на друга симпатичных маленьких грузин в чёрных кашемировых пальто с каракулевыми воротниками. Восьмисоткилометровый путь из Хабаровска, где была у них головная контора, фершты проделали на огромном, как пароход, «линкольне» цвета лайма и теперь очень хотели в душ. Поэтому первым делом предприниматели вселились в самый роскошный — для иностранцев! — номер гостиницы «Владивосток», а через час отправились обедать.

В городе они были впервые, так что целиком доверились выбору сопровождающих, в состав которых, чтобы не было одиноко, Илья включил страдающего от безделья Якова, посулив ему небольшой гонорар. И принимающая сторона повела гостей в северокорейский ресторан, сильно дорогой и на редкость невкусный, но зато находившийся рядом с гостиницей и обладавший солидным запасом дефицитных на тот исторический момент напитков.