— Домой, значит, торопиться не будешь.

— Не буду.

Что ж, не буду и я.

На этот раз за колоннами у джима прохаживалась невысокая девушка в люминесцирующей куртке цвета лайма с надписью "Security" на спине. Заметили, видно, вчера одинокую фигуру, прижимавшуюся к столпам прямо под камерой наблюдения. Времена неспокойные, терроризм по подворотням шныряет, вот и решили выставить охранницу от греха.

Никаких законов я накануне не нарушал, даже не помочился ни разу за полтора часа плюс пять минут, так что сделать она мне ничего не могла, но я не хотел привлекать к себе лишнего внимания, а потому не стал лезть на рожон и пристроился за высокой кованой оградой на тротуаре через дорогу.

Хватило одной сигареты.

Выскользнувшую из резных чугунных ворот фигуру я узнал бы с закрытыми глазами, не то что в сумерках. Я пошел следом. Быть замеченным не боялся: народу здесь в это время, как тараканов в ночной раковине с немытой посудой. К тому же накрапывал дождик, и я прикрывался зонтом, а у нее был поднят капюшон. И вообще — она никогда не оглядывается.

Играть в мистера Холмса, фиглярствующего в Уэст-энде, долго не пришлось: через три квартала, прямо перед Трафальгарской площадью, она свернула влево, к вокзалу Чаринг-кросс. Следствие окончено: мы едем домой.

В электричке я сел в другой вагон, автобуса подождал следующего, а когда вошел в квартиру, искренне удивился, увидев ее.

— Ты разве не собиралась погулять по дождю?

— Передумала. Решила дома побыть. А ты не ожидал?

— Нет, но я рад.

Она моей радости явно не разделяла. Сидела на диване, листала журнал, гладила икры, и так великолепные, а теперь еще и продепилированные до блеска. Хмурилась.

Дернул меня черт за язык:

— А ты так ни с кем и не спала?

Долгий, прямой, впервые, кажется, ненавидящий взгляд.

— С чего вдруг?

— Да так. Проснулся сегодня, подошел к зеркалу, а на голове самый настоящий рог.

Это правда. Волосы мои всегда были непослушными, но такого аккуратного, стройного и вертикального 10-сантиметрового вихра на затылке наблюдать до сих пор не доводилось.

— Я не хочу об этом говорить.