– Где он? – воскликнула Скарлетт, обращаясь к Джимми.

– Он?

– Ну, да, этот посыльный!

– Он уже ушел, мэм.

– Но почему ты не задержал его?

– Вы не давали мне такого указания, миссис Скарлетт.

– Откуда я могла знать, что он придетво второй раз? А вот ты, увидев его, мог бы догадаться, что я непременно захочу с ним поговорить!

Она отставила чашку с кофе в сторону и выйдя из-за стола направилась в прихожую. Второй букет поразил ее своей красотой еще больше, чем первый. Крупные чайные розы на длинных стеблях были не только красиво уложены на фиолетовую подкладку из мягкого бархата и перевязаны тонкой серебряной тесемкой, но вдобавок ко всему так искусно сбрызнуты водой перед самой упаковкой, что на нежных лепестках все еще покоились редкие маленькие капельки.

– Какая прелесть! – воскликнула Скарлетт и стала вытаскивать цветы из футляра, в надежде, что на этот раз ей все-таки удастся обнаружить адресата, и отыскать среди роз какую – нибудь записку. Однако ее попытки оказались тщетны, и она опять стала ломать голову, вычисляя таинственного дарителя.

Конечно же, это Кевин Грейни – решила она. Ей казалось, что такой поступок должен быть как раз в его манере.

Она прижала к себе цветы и вдохнула их нежный аромат, а потом улыбнулась и подумала о том, как все-таки приятно неожиданно получить в подарок такой вот букет, да к тому же не один. – Ах, какой чудесный сегодня день! Прямо скажем, редкий! Сначала ей удалось поговорить со Стефани Пинчер и добиться того, чего она хотела, потом приехал Ретт, а теперь еще и эти таинственные цветы! Не слишком ли много радости для одного дня?

Интересно, а что думает по поводу всего этого Ретт? Он сказал, что рад тому, как ее ценят другие, но Скарлетт конечно же понимала, что он мог произнести эту фразу просто для красного словца. А вот что он думал на самом деле, ей было бы интересно узнать! Она попыталась представить себя на его месте и взглянуть его глазами на женщину, которую он в свое время разлюбил и от которой паходя отказался. Что мог испытывать такой человек по отношению к ней, когда на его глазах другие мужчины одаривали ее цветами, да еще инкогнито? – Такой человек мог испытывать только два чувства, решила она. – Либо полное безразличие ко всему происходящему, либо… Скарлетт задумалась. – А ведь Ретт был прав, сказав, что рад тому, как ее ценят другие! Ему и впрямь было приятно сознавать, что она нравится другим мужчинам хотя бы потому, что это в какой-то мере, тешило его самолюбие. Ведь как ни крути, а эта грядка была взрощена на его огороде! А раз так, что ж, она готова доставить ему удовольствие и во второй раз!