На Скарлетт нахлынула слабость и знакомое чувство головокружительной беспомощности овладело всем ее телом. Она отдалась своим чувствам и вскоре ощутила, как беспомощность уступает место ответной страсти.

Она вскинула руки и обвила шею Ретта, а потом подняла их еще выше, к его голове, ощутив под своими трепещущими пальцами жесткие волосы на его затылке.

Он на мгновение оторвался от ее губ, и Скарлетт, словно сквозь сон услышала его слова.

– Так ты, значит, не уверена в своих чувствах ко мне?

Скарлетт открыла глаза, возвращаясь из странствий блаженства.

– О, Ретт! – она счастливо улыбнулась и нежно прикоснулась губами к его шее.

– Так скажи, что ты меня любишь!

– Ты еще сам этого не сказал! – и она попыталась отвернуться от него, шутливо выражая протест.

– Я люблю тебя, прелесть моя! И ты единственное мое счастье в этом мире!

Он прикоснулся губами к ее голове, а потом неспеша вытащил шпильки, которые все еще удерживали ее непослушные волосы в слабом пучке, неумело уложенном банщицей.

Ретт распустил ей волосы и снова окинул страстным, любящим взглядом.

– Боже мой, как ты прекрасна! Я люблю тебя, Скарлетт! Я очень тебя люблю!

– И я люблю тебя. О! Если б ты только знал, как я мечтала об этой минуте! И она, снова ощутив вкус своих соленых слез, крепко обняла его за талию, уткнувшись лицом в грудь.

Шершавая пуговица от рубашки впилась ей в щеку, и Скарлетт растегнула ее, а потом вторую, третью, четвертую… Она просунула руки к нему под рубашку и ощутила, как напряглись его сильные мышцы и прижавшись к нагой груди, стала ее целовать. И только подумать, ей совершенно не было стыдно!!! Страсть, охватившая ее, заслонила собой стыд и прочие подобные мелочи. Перед ней стоял Ретт, ее Ретт, и она его целовала, не в силах оторваться!

Он подхватил ее на руки и отнес на кровать, а потом стал раздевать, бросая на пол одежду. И она ощутила его горячие губы на своем теле, нежные и страстные, неистовые и возбуждающие!

… Скарлетт открыла глаза, изнемогая от экстаза и ощутила, как теплая нега разливается по всему ее телу. Голова Ретта покоилась на ее груди и глядя поверх нее на свое нагое тело, Скарлетт испытала неловкость. Она протянула руку, нащупывая одеяло, съехавшее почти на самый пол, и стыдливо натянула его на себя. Ретт приподнял голову и взглянул на нее. Его глаза светились счастьем!

– Нет – сказал он, стягивая с нее одеяло – я слишком истосковался по тебе и теперь не могу наглядеться.

– Но, Ретт! – Скарлетт стыдливо потупила глаза.

– Что? Ты замерзла? – он нежно собрал ее разметавшиеся по всей подушке волосы, а потом прикрыл ими плечи и грудь.