Анна стоит сбоку и делает замеры. Она просит меня подержать конец рулетки, а сама ходит с ней туда-сюда, встает под разными углами и записывает цифры в блокнот. Наконец я отпускаю рулетку, и лента с щелчком возвращается в свой металлический корпус.

Джо стоит там, где когда-то ревело пламя. Земля под ним серая и потрескавшаяся, жаждущая новой жизни, и он нетерпеливо на ней подпрыгивает. – Можно тут будет моя комната, – спрашивает он у мамы, а она с улыбкой смотрит на меня. – Ну пожалуйста! В ней будет тепло, потому что тут полыхал огромный костер. Самый большой костер во всем мире.

– Нужно Ника спросить, – говорит она. – Это ведь и его дом.

– Пожалуйста, Ник, можно?

Я подхожу к нему, и мы даем друг другу пять.

– Выбирай любое место, – говорю я. – Давай даже так: мы выстроим дом вокруг твоей комнаты. Именно с нее мы и начнем.

Он улыбается. Анна тоже. Я обнимаю ее за талию.

Удивительное все-таки чувство, когда по твоим венам струится жизнь до того прекрасная, что ты такой даже в самых смелых мечтах не решался представить. Когда любовь тебя наконец находит.

В лице мальчика, в чьих жилах течет не моя кровь, и его матери, с которой мы одной крови.

* * *

Ничто не вечно. На этот раз все по-настоящему.