– Точно, – отвечает он, опуская голову и ероша одной рукой свои темные волосы. – Мне нужно идти.

– Хорошо. – Я прикусываю губу, удерживаясь от очередных лживых слов.

Он натянуто улыбается.

– Это был приятный сюрприз. Ты правда замечательно выглядишь.

– Ты тоже.

Это на нас не похоже. Обычно мы выше примитивной беседы и поверхностных тем.

Проклятье.

Но потом он движется к выходу, в заляпанных сливками джинсах и с глазами, полными сожаления об упущенной возможности. Я же словно приросла к полу, только и способная, что смотреть Дину вслед. Я чувствую себя беспомощной. Запутавшейся. И раздираемой противоречивыми чувствами.

Дин оглядывается на меня через плечо, прежде чем выйти за дверь. Столько невысказанных слов в этом единственном, пронзительном взгляде. Но он краток. Мгновение ока, и все исчезло, однако мое сердце словно крепко сжали в кулак.

Я тяжело вздыхаю и наклоняюсь, чтобы поднять упавший стаканчик, тянусь за салфеткой и вытираю сливки с плитки. Затем выбрасываю все в мусорное ведро возле двери, наблюдая, как Дин неторопливо идет по тротуару и лишь на секунду останавливается. Он колеблется, мнет ладонью затылок, уставившись на свои ботинки. А затем идет дальше.

Я закрываю глаза.

Делаю глубокий вдох. И говорю себе: Да к черту все!

Я заставляю ноги бежать к двери, а затем трусцой по оживленной улице. А за мной развеваются мои волосы и отброшенные мною запреты и сомнения.

– Дин!

Он останавливается как вкопанный, оборачивается и медленно растягивает губы в ухмылке, наблюдая, как я бегу к нему. К его удивлению примешивается явное облегчение.

Я медленно останавливаюсь перед ним, откидываю волосы с лица и тихонько смеюсь.

– Мы можем снова повторить?

– Пожалуйста, – усмехается он, уперев руки в бока, его глаза сверкают в лучах осеннего солнца.

– Мне снова облить тебя взбитыми сливками?