Утыкаюсь лбом в его грудную клетку, потому что не хочу смотреть по сторонам. Горский обхватывает меня за плечи и, как будто почувствовав, что мне это сейчас нужно, сжимает так крепко, что единственное, что я сейчас ощущаю — это ровный стук его сердца.
На удивление, это успокаивает. И моё собственное сердцебиение словно подстраиваясь, тоже начинает стучать размеренней.
— Нет, — слышу его глухой голос у себя над ухом.
— Что? В смысле нет? — резко отстраняюсь и смотрю боссу в глаза?
— В смысле это не нормально Лиза. Твои панические атаки, это не нормально. Ты всю жизнь так трястись собираешься? Ты же по-человечески не можешь даже по городу передвигаться! Я уже молчу том, что в клинику к твоей сестре тебе приходится ездить на автобусе. И каждый раз это просто издевательство над твоей психикой.
— И поэтому ты предлагаешь поиздеваться над ней ещё раз прямо сейчас?
— Нет, я предлагаю тебе перешагнуть через свой страх.
— Каким образом?
Вместо ответ Горский нажимает на какую-то кнопку под своим сидение и отодвигает его назад до упора.
— Что ты делаешь? — бормочу растерянно.
— Садись за руль.
— Что? Ты с ума сошёл?
— Нет, Лизок, это ты уже скоро головой двинешься со своими паническими атаками. Ты сама-то понимаешь, что так не может дальше продолжаться. Тебе нужно через это перешагнуть. Ты должна сама почувствовать дорогу. Почувствовать, что ты управляешь ситуацией. Тебе страшно, потому что ты не можешь довериться постороннему человеку. Значит доверься самой себе.
— Ты рехнулся что ли?! Да у меня даже прав нет! Я не умею водить, а ты мне предлагаешь сесть за руль и поехать? Ты совсем идиот?!
— Сказала девочка, которая начинает заикаться на скорости больше пяти километров в час.
— Да иди ты знаешь куда, — распахиваю пассажирскую дверь и собираюсь уже вылезти из машины, но Горский ловит меня за руку.
* * *
— Да подожди ты. Я же не предлагаю тебе до ста километров разгоняться.
— Да какая разница! Я на месте пассажира-то сидеть не могу! А ты хочешь меня за руль посадить! Я в обморок свалюсь раньше, чем машина с места сдвинется!
— Не свалишься. А если свалишься, то я тебя откачаю.