И больше всего он не верил в то, что она задержалась в его жизни, причем не просто так — каким-то чудесным образом его симпатия оказалась взаимной. Она могла испугаться и постараться сделать так, чтобы больше никогда с ним в жизни не встретиться, могла не прийти на то двойное свидание, могла влюбиться в кого-то из парней или в того же Даню Ткачука, могла оставить его ради кого-то из своей прежней тусовки, могла найти кого-то побогаче или кто лучше него в постели — она могла встречаться с кем угодно, выбор большой, но почему-то из всех возможных вариантов Даша выбрала именно его. Его, в первую их встречу напугавшего ее до чертиков и оставившего ей в напоминание о себе шрам на ладони. Его, старше почти на десять лет, с каким-то мутным бизнесом, постоянными проблемами как с этим самым бизнесом, так и со всем, что его окружает. Его, который протащил ее через пару кругов ада буквально в первые месяцы их отношений. Его, со всеми его внутренними чертями, шрамами и тайнами. Благодаря ей он и вправду поверил, что любовь — не за бабки — существует.

Каждый вечер Князев смотрел на свернувшееся у него под боком тело, и сотни эмоций сменялись друг за друг у него в душе: от бесконечной радости и неверия в собственную удачу до панического ужаса после очередных представлений того, чего не произошло, но может произойти. И хоть это каждый раз отвлекало его и мешало заснуть, но он не злился, а лишь в очередной раз мысленно благодарил бога, удачу или судьбу за такой подарок, покрепче обнимал Дашу и невесомо целовал в волосы.

Было около одиннадцати вечера, когда они вдвоём возились на кухне, пытаясь сообразить легкий ужин на скорую руку — точнее, готовил Артём, а Даша по большей части делала вид, будто помогает, а на самом деле просто вертелась у него под ногами вместе с Цезарем, — когда их покой оказался нарушен.

Неожиданно по дому пронеслось эхо звонка домашнего телефона. Артём только собрался отойти от плиты и пойти проверить определить номера, как Даша уже кинулась отвечать. По домашнему им обычно никто не звонил, кроме ее деда, поэтому Даша испугалась, что дома что-то стряслось — а иначе кто еще будет им звонить на домашний номер в половину одиннадцатого ночи?

— Алло? — спросила Даша, мысленно молясь про себя, чтобы ее страхи не оправдались.

Но либо Бог не услышал ее молитв, либо эти молитвы некому было услышать и у судьбы были другие планы, но страхи Юдиной оправдались. Пусть отчасти, но оправдались.

— Илью привезли, — без каких-либо приветствий сообщила Полина. — Он в реанимации. Приезжайте.