– Не уверена, что это так.

Лори продолжал играть, но поднял на нее глаза.

– Что-нибудь случилось?

Хэрриет присоединилась к нему, и по клавишам запорхали четыре руки.

– Не знаю. Может, все потому, что ты у себя дома, в Конкорде. Я чувствую себя лишней.

Конечно, она была лишней, но Лори был слишком тактичен, чтобы сказать ей об этом прямо. В кругу Марчей, Моффатов и прочего местного народа она казалась совершенно чужой, попав в этот узкий круг исключительно из-за расположения к ней Лори и его деда. Но ведь так всегда бывает – знакомишь одного друга с другим, и круг друзей расширяется.

– Ты здесь не лишняя, потому что не лишний я. Мы с тобой одно целое.

Она тихо хмыкнула.

– То-то и оно. Не думаю, что мы с тобой одно целое. Совсем нет. Одно целое вы с Джо. Со всей семьей Марч, если быть точной. Но с Джо в первую очередь.

Руки Лори дрогнули, замерев, но Хэрриет продолжала играть. Танцующие пары – Джо и Фред, Брук и Мег – с любопытством обернулись в их сторону, заметив изменения в мелодии.

У него сложилось ясное ощущение, что Хэрриет хочет ему о чем-то сказать. Но не здесь, не перед всеми. Наедине.

Как только песня закончилась и отзвучали шумные аплодисменты, Хэрриет встала и, извинившись, удалилась подышать свежим воздухом. Лори последовал за ней.

Убедившись, что они остались одни, она заговорила:

– Давай не будем делать из этого скандал, Лори. Пожалуйста.

Он подхватил ее за локоть.

– Что ты имеешь в виду, Хэт? Передумала выходить за меня?

– Наверное, да. Да, я передумала. – Она вскинула руки вверх. – Все так и есть.

Лори не верил своим ушам.

– Но ты же так радовалась, когда я сделал тебе предложение! Ничего не понимаю. Почему не хочешь теперь?

Хэт улыбнулась, но улыбка вышла печальной. Ему даже не удалось припомнить, когда последний раз она была такой серьезной или говорила с ним столь искренне. Ее слова шли из глубины души: